Молчаливая ярость гораздо страшнее громкой истерики.
– Почему нужно было столько молчать? Неужели получилось лучше, что я узнал все вот так?
И да, я не сказала ему ни слова об измене. Только о дочери и о том, кто на самом деле ее отец. Фильтруя информацию и выбирая слова.
– Нет, Слав. Нет, не лучше! Просто так вышло. Отвратительно получилось, – вздыхаю и поднимаюсь с места, меряя шагами комнату.
Я ведь даже не переоделась, вернувшись из кафе.
Ляся, умаявшись, уже сладко спит, а мы вот… сидим здесь и выясняем отношения, на которых, по-хорошему, пора ставить жирный крест.
Там на террасе нас прервали. Сразу после Славы появилась Светлана, его мама, и, чтобы не усугублять ситуацию, мы все втроем приняли решение поговорить позже. Не портить Лясе праздник выяснениями и ссорами. И следующий час показался мне просто адом. Я уговорила Рысева уехать. Хоть для Алексии это и стало неприятным сюрпризом, но на тот момент я буквально была готова валяться в ногах ее отца, только бы он дал мне возможность поговорить с его братом самой!
И вот он уехал.
"– Я растерялась, Слава, понимаешь? – выдыхаю, уже до крови искусав свои губы. – Когда ты привел нас знакомить в ресторане, я же не могла тебе сказать: “О, так это отец моей дочери”! Рысев ничего не знал, да и никто, кроме меня, ничего не знал. Я ушла от него пять лет назад, будучи беременной, и ничего ему не сказала.
– Допустим. А потом? У тебя было столько времени сказать мне потом, Лана. Даже на той же даче!
– А потом я испугалась! Боялась, что ты не поймешь меня, отвернешься от нас с Лясей, что слушать не станешь. Я потерять тебя боялась, Слав. И это вранье стало нарастать, как снежный ком, поверь, я чувствовала себя ужасно, постоянно обманывая тебя! Но я не могла по-другому! Мне было страшно… – заканчиваю шепотом, обнимая себя руками. Слышу тяжелый вздох Славки, который, может, и спокоен, но устал.
– Почему вы с ним расстались тогда? Почему ты ушла от Рыся?
– Леша изменил, – говорю и тут же осекаюсь, когда брови мужчины удивленно взлетают вверх. – Верней… я так думала. Как оказалось, нас обоих ввели в заблуждение.
– Измена изменой, но ты должна была сказать ему про дочь.
– Это уже неважно, это было тогда и мало имеет значения сейчас.