И снова шоковое состояние. А потом она исчезла. Чтобы спастись от ментов. Чтобы спасти Никиту. И теперь снова погружается в бездну апатии."
"Им повезло — они успели выскочить из машины, когда появились четыре братка. Но громил их Никита. Ему достаточно было посмотреть на Марту, чтобы понять — она стрелять не будет…
Марта ненавидит то, чем занималась раньше. Она тянется к новой жизни. Никита мог только приветствовать это.
Она избавилась от Зои, от ее страшной опеки. И Никита тоже избавился от черной мадам.
— Дорогая, милиция тебя искать не станет, — сказал он.
— Я знаю, — кивнула Марта.
— Откуда?
— Люба…
Все та же Люба… А может, и Марта и он вместе сошли с ума?..
Никита перебрался на заднее сиденье. Взял сумку, которая валялась под ногами покойной Зои. Раскрыл ее. В ней лежали деньги. Пачки баксов.
— О! Да мы живем! Деньги. Много денег…
Ему не больно-то хотелось радоваться такому трофею. Но он заставил себя разыграть восторг.
Никита пожал плечами, отшвырнул сумку с деньгами. Продолжил исследование. Нашел у Зои новенькую записную книжечку. В ней ничего — только один семизначный номер.
— А что, если?..
Но развить мысль Никита не успел. Джип остановился в заснеженном лесу. Неподалеку от белой «восьмерки» — машины Марты.
Джип и Зою в нем облили бензином и подожгли. Из нее забрали только сумку с деньгами и блокнот Зои.
«Восьмерка» взяла курс на город.
— Куда едем? — спросил Никита.
— Ко мне домой, — твердо сказала Марта.
— Но…
— Ты же сам сказал, что милицию нам бояться нечего…
— А киллеры?
— Это не страшно…
Никита лишь пожал плечами.
Всю дорогу к дому он пытался заговорить с Мартой. Но она как воды в рот набрала. Молчала. Словно не слышала его. Словно он вовсе для нее не существовал…
И только когда Никита сам замолчал и обиженно стал глядеть в окно, Марта остановила машину.
Она повернулась к нему, взяла его за руку. Заглянула ему в глаза. Нежно и с болью улыбнулась ему.
— Никита, милый, ты мне очень дорог. Я тебя очень люблю. Но мне сейчас очень плохо. Ты должен меня понять…
Никита ее понимал. Поэтому больше не дулся.
Марта по-прежнему остро переживает гибель сестры. Но время — лучший лекарь. Оно залечит ее душевные раны. Она успокоится. Ее перестанут преследовать галлюцинации.