— Покатаемся? — спросила та, которая за рулем.
— Да без проблем! — вольготно раскинувшись на заднем сиденье, ответил Гена.
Обычно он сам «снимал» баб. А тут, похоже, «сняли» его. И он совершенно не чувствовал унижения. Напротив, даже гордился собой. Если на него запали такие крутые девчонки, значит, он чего-то стоит.
Джип взял с места в карьер и помчался по заснеженной дороге. Мимо их городка машина пронеслась на всех парах. Пошла дальше. Но Паша и Гена этого не заметили. На улице холодно, ни души. А в машине красота.
Оля и Таня — так звали их новых подруг — также имели кое-что про запас. За первой бутылкой пошла вторая. Настоящая водка.
По трассе они ехали около часа. Затем свернули на проселочную дорогу. Еще минут сорок пути, и машина остановилась возле богатого двухэтажного дома из итальянского кирпича. Высокий забор из прочного листового железа. Похоже на дачу. Только одна особенность — дом этот стоял в открытом поле, никаких других строений в округе почему-то не наблюдалось.
Джип въехал во двор, и за ним автоматически закрылись тяжелые металлические ворота.
— Выходите, мальчики, приехали! — бодро возвестила Оля.
Паша и Гена не заставили себя долго ждать.
— В сауне попариться не желаем-с? — спросила Таня.
Она выбралась из машины вслед за ними. И демонстративно поежилась от холода.
— Да без базара…
Гена уже чувствовал себя неотразимым героем-любовником. Любое море было ему сейчас по колено.
С одной стороны к дому примыкало строение размером в три-четыре гаража.
Сауна высший класс. Не примитив какой-нибудь. Предбанник с раздевалкой, просторная комната с дорогой мебелью для отдыха и застолья. Дальше душевые, зал с бассейном, парилка. Все оформлено с выдумкой, со вкусом."
"Оля и Таня начали раздеваться первыми. Никаких комплексов по этому поводу. Это донельзя раззадорило парней. Они также стали срывать с себя одежду. Но куда им до девчонок — те разделись первыми и прошмыгнули в парилку.
И у Оли, и у Тани фигурки ничего. И у той, и у другой полные упругие груди, развитые ягодицы. И габариты почти идеальные: девяносто — шестьдесят — девяносто. Только ноги излишне крепкие, мускулистые, и на руках мышцы проглядывают, на плоских животах мышечный рельеф хорошо угадывается.