Возле магазина «Реал»…
— «Реал»? — встрепенулся Криницын. — Где сейчас Марта?
— Она отправилась на место…
— Одна?
— С Копыловым и Мезенцевым…
— Всего-то!..
— Я послал за ней еще троих.
— Мало! Нужно ее остановить.
— Это невозможно!
— Поднимай всех. Живо!
Недоброе предчувствие навалилось на Антона. Но оно не придавило его к столу, не сковало его силы. Он не растерялся, быстро принял правильное решение. Только успеет ли он его осуществить?
* * *Никита хотел всего лишь вздремнуть. Но вышло, что он заснул на несколько часов.
На душе у него было легко, спокойно. Это не поддавалось объяснению, но от отеля веяло домашним теплом, уютом. Может быть, именно поэтому он заснул так крепко и надолго.
Разбудила его Лелька. Она пулей влетела в салон, с силой захлопнула за собой дверцу. Лицо красное от слез, в груди что-то клокочет. Сказать, что она расстроена — значит ничего не сказать. Ее лихорадило от обиды и возмущения. Она была вне себя от отчаяния.
Никита не стал спрашивать, что произошло.
— Это ты во всем виноват! — набросилась она на него.
— Я?! А в чем я виноват?
— Ты накаркал. Ворона!.. Не возьмут меня, не возьмут… Вот и не взяли…
— Ерунда какая.
— Это для тебя ерунда. А для меня целая жизнь. Лелька зарыдала, опустила голову на руль. Никита погладил ее по спине.
— Извини, — уже более спокойно заговорила она. — Ты ни в чем не виноват. Это все Павел Сергеевич. Скотина! Мразь! Падла!…
— Тише, тише… А при чем здесь Павел Сергеевич?
— Знаешь, что там было? Знаешь?
— Расскажи…
— Все было хорошо.
— Не понял…
— Вот и я не сразу поняла. А он мне газету показывает. Ту самую, где я во всей красе мужикам себя предлагаю.
— Постой! Ты хоть пыталась объяснить?
— Пыталась. Да только он слушать не стал. Сказал, что я конкретно засветилась. Сказал, что у него серьезный коммерческий проект. И такие ляпы, как певица — бывшая порнозвезда, ему не нужны… В общем, поставили на мне жирный крест.
— Да ладно тебе. Не хорони себя заживо.