— Машина одна была. Он в ней ехал — это точняк. Как знали, что он к своему Сапунову попрется. И точно — двинул в «Склиф». Ну мы его и встретили… Правда, один раз промазали.
— И ларек кирпичный к чертям собачьим снесли, — добавил Шалман.
— Ну так водила «пирожок» наш засек. В сторону тачку отвел. Но вторая граната точняк легла. Красиво джип сделала, отвечаю…
— А Брата не достала.
— Может, он нас кинул? — в расстроенных чувствах протянул Артюх. — Может, по дороге с машины спрыгнул.
— Да нет, он спрыгнул сразу после первого выстрела.
— Лажа вышла.
— Лажа, — кивнул Шалман. — И косяк. Косяк ты упорол. Ответку придется держать… Артюх понуро склонил голову.
— На Багамы поедешь, — решил Шалман. — На месячишко. В изгнание… И пусть там тебе акула яйца отхватит.
Он не шутил. Пусть Артюх оплошал. Но наказывать его не стоит. Ведь он все сделал как надо.
Наказать Артюха можно. Грохнуть его да в бетон закатать. Но с кем останется Шалман, если будет своими руками уничтожать самых преданных ему людей? А в преданности Артюха он не сомневался.
— Ты это серьезно?
Артюх, казалось, и сам не мог поверить, что отделался ссылкой на заграничный курорт.
— Серьезно. Только денег на дорогу не дам. И баб трахать будешь за свои кровные.
— Да не вопрос…
— Будешь жариться на солнце, пока здесь не уляжется волна.
— Да, я понимаю…
— Скоро Брат снова появится на горизонте. Пусть живет. Пока живет. Вернешься — мы его дожмем.
Когда Артюх исчез, Шалман вызвал своего личного секретаря. И велел ему заказать два билета на Сейшелы. В ближайшее время и он сам с любовницей отправится на курорт. Под чужим именем. Тоже будет ждать, пока все успокоится…
* * *Игорь Светлов возвращался домой с ночного дежурства: Начальство соблаговолило выделить ему четыре часа для сна.
Он ехал и думал не о жене. Он думал об Анжеле. Навязчивые мысли о ней продолжали преследовать его.
Они расстались с ней на грубой ноте. Он еще в тот день хотел вернуться к ней. Но не вернулся.
Анжела — хорошая женщина. Она не заслуживает того, чтобы ее бросали, как надоевшую вещь. Он должен вернуться к ней, мягко объяснить, почему они не могут быть вместе. Загладить свою вину перед ней… Хотя в чем его вина? Ни в чем.