– Катя, что ты со мной делаешь? Ты меня режешь без ножа…
Он говорил правду. Не преувеличивал.
– А тебя не смущает, что я вот так… твой дом своим называю…
Она смотрела на него, ему же виделось, что серость ушла из её глаз, и там остались одни лишь шикарные голубые тона.
– Нет. Он твой, Катя. Чуть позже ты убедишься в этом снова.
Она шмыгнула носом.
– Да, Генерал, с тобой никогда не будет просто.
– Не рассчитывай на это. Я распоряжусь, чтобы в доме всегда было печенье.
Она снова шмыгнула носом, на этот раз даже провела рукой под ним и негромко продолжила:
– Я пришла в себя.
– Скорее всего, тебя сразу откинуло назад. Или скинуло вниз, где зажало между сидений, уменьшая риск травмирования. На самом деле, невозможность предсказать, как и что будет происходить во время аварии. Сколько случаев, когда трое из четверых находившихся в машине умирают или получают травмы, не совместимые с жизнью, а четвертому хоть бы хны.
Руслан говорил, у самого же перед глазами картина, как «Мазда» летит по полю, и Катя внутри неё. Уже с синяками на лице. Испуганная и одновременно решительная.
– Бог был на моей стороне, Руслан. Я очнулась и сразу же выбираться. Даже на этого не посмотрела.
– Катя, хватит. Всё. Ты мне рассказала.
Он не выдержал, снова встал, несмотря на то, что сидел максимально близко к ней.
– Хочу к тебе.
– Иди. А я всё думаю, да чего ты же ты сидишь…"
"Руслан кое-как уместился с края, свисая. Ничего, и не в таких условиях спал.
– Я сейчас подвинусь.
– Нет.
– Я осторожно.
Она всё ещё шутила… Сквозь слезы.
Он поднял руку и промокнул их. Катя не удержалась и немного поморщилась. Всё-таки лицо саднило от травм.
Как только он более-менее сносно улегся, она тотчас прильнула к нему. С её губ сорвался легкий стон, видимо, повернулась резковато. Руслан весь напрягся. Идиот, ему уйти надо.