— И зачем так сложно? Глубокой ночью, одной идти на реку? Почему нельзя было просто позвонить?
— Георгий желал ее полностью контролировать, и Ольга, возможно, не хотела говорить в доме. Вчера, когда мы созванивались, она меня за свою маму выдала. Могла бояться, что второй раз не прокатит.
— А если бы жених засек ее, когда она ночью убегала?
Я лишь беспомощно развела руками.
— И почему нельзя было встретиться — да хоть тут, у вас?
— Вчера я звала — Ольга не захотела. А ночью — как бы она узнала адрес? Только если звонить… Но звонить она почему-то не стала.
— Хорошо. Допускаем: некто — не Георгий — караулил ее у дома.
Я подхватила:
— Ольга выходит. Преступник удивлен. Но не бросается на нее немедленно — решает пойти следом. И она приводит его в очень удобное — практически идеальное для убийства — место.
— Да, Римма, — вздохнул Нурлан. — Вам очень повезло, что вы опоздали. А то могли бы обе себя в жертву нашей Великой принести… Но что же Ольга хотела вам сказать?!
Я прикрыла глаза ладонями, подумала.
— Вообще я одну глупость сделала. Вчера. Мне вечером заказчик позвонил. Брат Ярика. Ну, я ему и ляпнула, что в Пскове и что письмо у меня. Он ничего не уточнял, мы сразу про убийство инвалидов заговорили, но я теперь думаю: вдруг у него тоже какой-то свой умысел?
— Какой? — цепко взглянул Нурлан.
— Не знаю. Но в Москве ведь никто не знал, куда исчезла Ольга. А заказ — привезти звуковое письмо для больного аутизмом братика — изначально звучит как-то странно.
— Во сколько точно вы сказали заказчику про Псков?
— Около десяти вечера.
— Убийство произошло, будем считать, в пять пятнадцать. Если сразу принять решение и ехать быстро — можно успеть без проблем. Какая у него машина?
— Э… не знаю. По-моему, он вообще не водит.
— Я все равно проверю. Дайте мне имя, отчество, адрес.
— Нурлан, — я прижала руки к груди, — с вами настолько приятно общаться! Нормальный разговор двух, — я слегка задумалась, но все же произнесла, — профессионалов. Не то что многие ваши коллеги: тайна следствия, да у вас вообще нет лицензии. Чтобы хоть что-то узнать, постоянно приходится глупой блондинкой прикидываться. Знаете, как надоело!
— А у вас действительно нет лицензии? — улыбнулся он.
— У шефа есть. А я — просто секретарша. Котиков, собачек разыскиваю.