А потом черноглазый полицейский вдруг предложил:
— Тут рядом парк. Погуляем?
Мне совсем не хотелось идти на холод, но я бодро кивнула:
— Конечно.
Мы вышли из пиццерии.
— Подожди, — сказал Нурлан.
Открыл багажник «Нексии», достал оттуда пакет:
— Здесь пуховик. У сотрудницы нашей взял. Размер вроде твой.
Я благодарно улыбнулась. От реки Великой мы теперь были далеко, но ветер продолжал выть и хлестать по щекам, а бумажная моя курточка после того, как побывала в воде и в стиральной машине, защищала от холода еще хуже.
Карусели в парке замерли, народу никого. Нурлан, однако, все равно мимолетно огляделся и только потом сказал:
— Есть новая инфа по делу. Интересно?
— Конечно!
— Мы отработали жилой сектор и нашли интересную вещь. Соседка из дома напротив ночью вставала в туалет и видела у дома Георгия незнакомую машину. «Девятку».
У меня загорелись глаза:
— А номер?
— Только две цифры разглядела. Но на въезде в Прасковичи видеокамера. Остальное оттуда взяли. Машинка угнанная. Из Дна.
— Откуда?!
Он усмехнулся:
— Городское поселение Дно.
— А, знаю. Там царь Николай отрекся. И когда, говоришь, машину угнали?
— Хозяин только в восемь утра заметил и заявил. Но если в половине пятого тачка была у нас, значит, не позже трех.
— И где она сейчас?
— Нашли сегодня в половине десятого. В Пскове. Недалеко от вокзала.
Я возликовала:
— Так все понятно тогда! Вот тебе готовая версия.
— Шустро мыслишь, — похвалил Нурлан.
— Надо теперь в Дновском районе записи с видеокамер запросить, — продолжала искрить идеями я.
— Я запросил. Но особых надежд не имею.
— Почему?
— Во-первых, потому что это не Москва, а Дно. А во-вторых, у нас есть готовый кандидат.
— Кто?
— Как кто? Георгий. Ольгин жених.
— Только потому, что он за убийство сидел?
— Не только. Та же соседка бдительная показала: ссорились они с Ольгой. Пожениться не успели, а он ее уже ревностью изводил.
— А как же «девятка» у их дома?
— «Девятку» тоже имеют в виду. Но связь между ней и убийством доказывать сложно и долго. А Георгий дважды судим.