Братва. Пощады не будет

– Чего это? Гондон, кажись?

– Надо говорить по-культурному – презерватив, – мягко поправила Тамара, присаживаясь на краешек мужнего дивана. – Раз ты деток не хочешь, то это наипервейшее средство. Высшего импортного качества! Городские исключительно только «Фаворитом» пользуются. А они-то, поди, понимают толк в этих делах.

– Ага! – осклабился Михаил, припечатав свою широкую волосатую длань к розовым ягодицам супруги. – Просек, что почем! Рассчитываешь, что задницу застраховала? Не надейся, дура! Таких сучек только в «очко» надо трахать.

Чтоб осознавали, кто они такие есть. А ну, падай на четвереньки! Вчерась, видать, мало тебе показалось – так сейчас повторим! Можно и с «Фаворитом», коли ты стала культурною такой. Вставай в позу, шлюха!

...Ночью, сидя в тазике с горячей водой, Тамара переломала все градусники, вытряхнув красиво-серебристый и совсем неопасный с виду жидкий металл в порожний пузырек от валерьянки. Уже под утро, крадучись, пробралась в сени и, вынув кожаные стельки, плеснула ртути в хромовые сапоги мужа.

Как-то сразу успокоившись после этого, наконец забылась в глубоком тяжелом сне, по-кошачьи свернувшись калачиком на скрипуче-пружинистой кровати в своей комнате.

Яркий лунный свет, отражаясь в стальных шариках кровати, делал их очень похожими на четыре поминальных свечи у гроба покойной.

Нашлось достойное применение и другой аптекарской покупке.

«Дидлоу», изготовленный в далекой цивилизованной Швеции, получил теплый прием в этой дремучей по части сексуальных новшеств уральской деревушке.

Стоило только Тамаре случайно показать соседке заморский муляж мужского детородного члена, как об этом мигом проведала вся взрослая женская часть населения Балтымки. Пришлось одалживать каучуковую штуковину сестрам по полу, жаждавшим приобщиться к высоким западным технологиям. Впрочем, возможно, ими двигала простая бабская потребность в ласке. Пусть и бездушно-резиновым «ласкателем». Зато можно отдаться безграничному сексуальному удовольствию, воображая, что со своим милым дружком развлекаешься. Забыть хоть на время, что милые дружки поголовно все горькие пьяницы и импотенты, чье мужское «достоинство» безвольно падает уже после трех минут работы. «Дидлоу» же был несгибаемо-неутомим и всегда давал ласк ровно столько, сколько от него требовали.

Таким образом, веселая импортная игрушка победно путешествовала из дома в дом, оказываясь у своей законной владелицы не чаще раза в месяц.