Домчавшись до окраины, они увидели машину и юркнули в нее, обливаясь потом.
– Ты разве не закрывал машину? – испуганно спросила Рита. Ивашов только сейчас заметил, что двери его автомобиля не были закрыты.
– Такого со мной никогда не случалось, – прошептал он, будто боясь, что кто-то, кроме нее, его услышит. – Обычно я нажимаю кнопку на брелоке автоматически.
Она побледнела как полотно:
– Значит, кто-то открыл ее. Боже, что это? – она покосилась на белый лист, выдранный из ученической тетрадки в линейку. На нем шариковой ручкой корявым почерком было выведено: «Еще один день».
– Что это значит, Сергей?
Он повернулся к ней и взял ее руки в свои.
– Рита, те люди, которым нужно то, что оставил мне отец… Они угрожали… Звонили по телефону и давали несколько дней на обдумывание. Я должен был отдать им эту так называемую карту, они почему-то называли ее золотой. Разумеется, я не собирался это делать. Эта записка – послание от них. Но откуда они узнали, где я?
Перед ним возникла дынеобразная голова Прокопчука с его грязными масляными волосами, зачесанными назад, он будто почувствовал кислый запах пота, исходящий от следователя.
– Наверное, им помогает майор Прокопчук, которому не терпится закрыть дело моего отца, – произнес он, глядя куда-то вдаль, где синели горы. Их вершины синими волнами стелились по горизонту. – Рита, помогать мне становится все опаснее. Ты ввязываешься в игру, из которой можно не выбраться живыми.
Она вцепилась в его руку, чудные черные глаза сверкали решительным блеском.
– Как ты мог подумать, что я брошу тебя? – с придыханием произнесла девушка. – Оставить тебя одного в такой ситуации мог бы только совершенно бесчувственный человек.
Он пожал ее холодные ладошки.
– Я знал, что ты так скажешь, и поэтому даю тебе время. Думаю, на этой жалкой писульке они не остановятся, и ты это очень скоро увидишь.
Она расправила плечи и словно стала выше ростом.
– Пусть делают что хотят. А мы продолжим поиски. Насколько мне известно, храм Спасителя на горе Бойка ближе, чем храм Солнца. Что ж, вперед.