Надо искать работу и становиться на ноги, чтобы я смогла потом жить на что-то с Мишей. Потом, когда вся вакханалия с замужеством закончится.
В очередной ничем не примечательный рабочий день, когда Каин (мысленно я уже начинала его звать именно так) был на работе, а я занималась домашними делами, в дверь внезапно позвонили. Спустя секунду еще и еще.
А когда я подошла посмотреть, кто же это такой нетерпеливый, снаружи послышался звук проворачиваемого замка.
Воздух вышел из легких. Настя, успокойся, какая вероятность, что это воры? Нулевая, тут охраны как в Пентагоне.
Эффектная брюнетка в коротком платье гордо шагнула внутрь, сбивая меня запахом стойких духов. До тошноты противных.
— А вы, собственно, кто? — деловито оглядела меня мадам. Да, уж именно так ее можно назвать. Красные губы и поплывший макияж в стиле смоки-айс смотрелись отвратительно. — Новая уборщица?
Пренебрежительно мазнула взглядом по коридору, который я только что начистила до блеска, а затем остановилась на моей одежде.
— Нет, не уборщица. Мне кажется, будет лучше, если вы сначала представитесь.
— Да что вы, я не в том положении, чтобы представляться кому-то там, меня и так все должны знать. Я невеста Руслана, — положила на столик маленькую сумочку и скинула с себя туфли на огроменном каблуке.
Воздух ощутимо становился тяжелее, и подсознательно я понимала — столкновения не избежать.
— Ну что ж, я думаю, вам надо поговорить с Русланом об этом, но его нет, так что, увы, приходите в другой раз, — мне не хотелось хамить или выяснять отношения, в конце концов это Руслан должен был с ней расстаться, чтобы потом не было вот таких казусов.
— А ты кто вообще такая, чтобы говорить мне подобные вещи? — женщина явно злилась. Губы сжались в прямую линию, и вся фигура заметно напряглась. Она начала подходить ко мне ближе, а я отступать назад. — Кажется, я поняла.
Купюры разлетелись и плавно осели у моих ног. Прямо как мое достоинство сейчас.
Такого унижения еще не испытывала в своей жизни. И вероятно, я бы даже расцарапала наглой бабе лицо, если бы внезапно, как гром среди ясного неба, не прозвучал сердитый голос Каина.