Будь моим первым

Выяснили отношения, разобрали ситуацию. И договорились о том, что будем дружить. Несмотря на внешнюю яркость и браваду, Полинка Барсукова кажется мне одинокой и хрупкой девочкой, я не стал вычеркивать ее из жизни. За ней хочется… присматривать. Она же в ответ на заботу перестала ставить меня в неудобные положения перед Черновым и другими коллегами. Жизнь начала налаживаться.

Еще Полина подружилась с Дашей. Мало того что подружилась сама, так и меня с сестрой помирила. Мы несколько лет не общались, в итоге оказались за одним столом — я, Инна, Даша и Полина.

Александр Барсуков не разрешил дочери оставить собаку, поэтому Газировка сейчас живет в Дашином приюте, где Полина ее каждый день навещает, периодически берет на дачу к моим родителям, с которыми также успела познакомиться."

"Как-то незаметно Поля всем понравилась и стала иногда, раз-два в неделю появляться на нашей даче. В начале сентября даже помогала копать картошку, чем заслужила свой собственный мешок с овощами, который ей собрала моя мать.

Это хорошие новости, теперь к сомнительным: к мажорке начал подкатывать яйца мой приятель Вячеслав, он еще в кинотеатре заприметил симпатичную девушку, на которую налетел пьяный дебил. И тоже стал приезжать.

В общем, мои родители обалдели от количества желающих выкопать им картошку в этом сезоне.

И вроде бы жизнь устаканилась, я почти научился не пялиться на Полинку, как умирающий от жажды на источник живительной силы. Нельзя — значит, нельзя. Что может быть непонятного? Есть приказ, сам себе его отдал, заткнулся и выполняешь.

Полина наконец осознала, что ее влюбленность в меня — на самом деле детская прихоть, и благополучно перелистнула страницу. Инна смирилась с ее присутствием в наших жизнях, начала расценивать Полю как потенциальную подругу Вячеслава.

А потом случилось следующее. Два дня назад я не знал, что Полина на даче. Думал, мы ночевали вдвоем с Инной. Отмечали годовщину, было горячо.

Утром в дверь постучали. Стук был таким неожиданным, что я подорвался на месте.

Инна удивленно округлила глаза и пожала плечами. Я поначалу перепугался, что мама приехала рано утром, — кто, кроме нее, мог в шесть утра стучать в межкомнатную дверь? Стало неловко, мы тут трахаемся, а дома есть еще люди. Быстро натянул штаны, открыл дверь, а на пороге Полина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На меня не смотрела, только в пол.

— Извини, вы можете потише? — проговорила. — Пожалуйста.