Будет все, как ты захочешь!

Девушка эта шла по тротуару, но шла как-то странно, как зомби, а потом шагнула на проезжую часть, не глядя, прямо под колеса маршрутки. Водила, естественно, затормозить не успел, хотя пытался, там и следы от протектора на асфальте есть. Но расстояние до потерпевшей было очень маленькое, метра три. Что он мог сделать? Сбил, сразу вызвал «Скорую», а ребят этих, которые рядом с ним сидели, задержал до приезда ДПС, чтоб как свидетели все подтвердили. Так что, Тань, все чисто. Водилу отпустили. Сама понимаешь, предъявить ему нечего.

В больницу запрос сделали, оттуда пришла бумага: в крови потерпевшей обнаружен клофелин. Девушка просто засыпала на ходу. Кто-то ее угостил такой вот оригинальной пищевой добавкой. Остается только узнать, кто эта «добрая» душа.

– Спасибо, Андрюша. И знаешь, чем больше я думаю об этом, тем больше мне кажется, что эти два случая связаны.

– Ты все-таки хочешь объединить два дела в одно?

– По-моему, это само напрашивается. Смотри: девушки из одной гостиницы, это раз. Работали вместе, хорошо знали друг друга, были подругами, это два.

Соня сказала матери, что «эта сволочь за все ответит», то есть она догадывалась, кто убийца, это три. И это самое главное. Соня пострадала за свою догадливость.

– Ну, не факт. У нее могли быть на стороне какие-то дела. Скажем, соперница. Пострадавшая ведь, насколько я знаю, не замужем? Не поделили с кем-то молодого человека. Мало ли…

– Я над этим подумаю. Еще раз спасибо, Андрюша!

Я продолжила сборы и уже через десять минут садилась в свою «девятку».

Ближайшее фотоателье находилось в трех минутах езды. Я отдала девушке-приемщице пленку, показала, какие именно фотографии нужно напечатать, а она попросила меня зайти часа через два. Так, вот это время я и потрачу на встречу с загадочной дамой.

Я опять села в машину и поехала к Верстаковой Вере Николаевне. По дороге пришлось заправиться, а то бензин был почти на нуле.

Район, в котором жила эта бизнесвумен, находился в самом центре города, центрее не бывает. Дом новый, двенадцатиэтажный.

Бронированная дверь на шестом этаже могла бы выдержать натиск группы ОМОНа. Мне открыла немолодая женщина в халате и с полотенцем на плече. Я объяснила, кто я.

– Веры Николаевны нет, она у себя в магазине. А я домработница, ничего не знаю, – сказала женщина.

– И где этот магазин? – поинтересовалась я.

– В доме напротив, на первом этаже, кажется, третий с левого угла. Называется он не то «Канцтовары», не то «Письменные принадлежности», я точно не знаю.