— Я отрицаю это с несколько большей страстью, чем намеревалась. — Мы совсем не похожи. Я никогда никого не заставляла силой красть телефон.
Рэн постукивает пальцем по полке, медленно переходя с одного конца на другой. Его глаза сверкают весельем и когда он раздвигает губы, видна небольшая белая вспышка зубов.
— Я уверен, что есть много вещей, до которых ты опустишься, если захочешь чего-то достаточно сильно.
— Ты болен, Джейкоби. Где... О боже, где, черт возьми, Карина? — Я не слышала, чтобы она паниковала внизу и не кричала, что кто-то идет.
Он даже не пытается меня остановить. Тихо рассмеявшись, достает с полки книгу и с нежным благоговением проводит рукой по обложке.
— Я ее и пальцем не тронул. Не паникуй. Я могу время от времени применять силу к дурно себя ведущим ботаникам... но я не причиняю вреда девушкам. — Он проводит языком по зубам, не отрывая глаз от книги, которую держит в руках.
Я пристально смотрю на него, ища ложь.
Рэн пожимает плечами.
— Высунь голову из-за перил и посмотри. Ты найдешь ее прямо там, где оставила, бодрой и здоровой, делающей действительно дерьмовую работу по поддержанию бдительности.
Не веря ему на слово, я выхожу из комнаты, мое тело переполнено адреналином, яростно сопротивляясь голосу в моей голове, который кричит мне бежать. Когда перегибаюсь через перила и смотрю вниз, на первый этаж, вижу Карину, нервно переминающуюся с ноги на ногу, стоящую у открытой входной двери и всматривающуюся в ночь в поисках парня, который уже пробрался в дом.
— Если хочешь, можешь сказать ей, чтобы она возвращалась в академию, — бормочет Рэн.
Сейчас он листает страницы своей книги, его глаза быстро бегают по страницам.
— Какого черта мне это делать? — шиплю я.