– Кевин? – глаза якобы принца засветились фиалковым цветом, и бытовичка улыбнулась. – Привет.
«Воу-воу! Тут пахнет историей!»
– Спасибо за приглашение, – взяла слово, когда в экипаже повисла неловкая пауза.
Дарий взял мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони.
– Я рад был тебе угодить, Лали… Моя девушка достойна только самого лучшего!
Сразу с трёх сторон отчётливо послышался зубной скрежет. Только Кевин остался с улыбкой на губах. Его подрагивающие плечи отчётливо говорили об истинном наслаждении. Видимо, Кевину нравилось наблюдать, как Эван, Райлан и Тим испепеляют взглядами Дария.
«Ну и чего они все с ума сходят?»
Разрядила обстановку одна из бытовичек.
Элла Брин из девчонок Тати всегда отличалась детской непосредственностью.
– Лали, – обратилась девушка ко мне с искренним беспокойством. – Ты встречаешься с принцем!? А как же твой истинный?
Я пожала плечами, отбирая свою конечность у Дария.
– Откуда мне знать? Вот попадём во дворец императора, сама сможешь аш Одо спросить, как он там.
– Я не о том, – хлопнула ресницами Элла. – Он же твой истинный, а истинность – это дар!
– Да прям-таки ага, – фыркнула я, вложив весь свой скепсис. Правда, достали уже! Не видят дальше своего носа. Возвели ошибочную теорию какой-то влюблённой дурочки в догму, а ведь это неправильно! – Истинность – это всего лишь инстинкт. – Народ охнул. – Обычный животный инстинкт зверя. Порой даже не самый разумный. Природное влечение, химическая реакция одного тела на другое.
Я отметила, как парни отреагировали.
Девочки же притихли, будто подавились смешками.
Элла впечатлилась больше других:
– Это неправда! – возмутилась Брин. – Истинность – это ДАР!
– Это вас так воспитали, – упорно гнула свою линию, раздражаясь, что ребята не видят элементарного. – Нет, конечно, я согласилась бы с тобой, будь истинность более сверхъестественной. Например, мужчина света белого не видит без своей истинной, потому что его линия жизни объединена с жизнью истинной.
– Это как?
– Так, когда драконий стручок на других женщин не встаёт.
Парни всей дружной пятёркой поперхнулись воздухом от моих слов.