Такой виноватой я себя ещё никогда не чувствовала!
Распрощавшись с Гарнером, отправилась спать в расстроенных чувствах. Только то, что ситуацию со здоровьем впечатлительной матушки Тима удалось успешно исправить, поумерило давление вины на совесть.
Оставшиеся два дня пролетели быстро и почти по одному сценарию: «комната – ужин – сон». В гости ко мне заглядывал только Тим с новыми поступлениями провизии, и кот, эти поступления уничтожающий.
Один раз я отошла от спокойного уединения. Решила в библиотеку заглянуть, так как учебники, выданные на семестр, я все прочитала, с упоением наслаждаясь тишиной и удобствами люксовой комнаты.
Библиотека находилась рядом с учебным корпусом. Заведовала ей строгая женщина в круглых очках. На вид дамочке было не меньше пятидесяти лет, но о реальном возрасте хранительницы знаний я могла только догадываться. Драконы! С их продолжительностью жизни госпоже Тиане аш Курт можно было дать и четыреста, и пятьсот лет… я же не знаю о её силе. Некоторым драконицам удавалось удерживать молодость до самой смерти!
Госпожа Тиана была из именитого, но обедневшего рода, давно потерявшего статус, но стать женщины не заметить было не возможно.
Но на обратном пути меня ждал сюрприз!
За время, которое я провела в библиотеке, парк и аллея «ожили». По дорожкам студенческого городка ходили толпы студентов с чемоданами и саквояжами.
Второкурсники, третьекурсники и так далее до выпускников, ребята спешили устроиться в свои новые комнатки (на этаж выше), и после долгой разлуки встретиться с товарищами.
Меня никто не замечал.
Я почти добралась до своего корпуса, когда прибывающие будто замерли, переходя на шёпот. Народ пялился куда-то в сторону ворот.
Кто-то важный шёл от пропускного пункта, разрезая широкой бороздой толпу студентов, быстро расступающихся вдоль дорожек аллеи.
«Принцы…» – поняла я раньше, чем увидела их. Перехватила покрепче стопку книг.
По-хорошему надо было бы ускориться и зайти в общежитие, но любопытство дёрнуло меня остаться.
Молодые мужчины в количестве четырёх обращённых драконов выделялись мощной энергетикой, расслабленной походкой эдаких прожигателей жизни и тяжёлым взглядом, который выдержать не мог никто, первым опуская голову в приветственном поклоне.