Я даже представила себе поле и бескрайний горизонт, которому хочется петь о свободе и своих мечтах.
Впрочем, Злобик мой новый голос не оценил. Котяра вырвался, наконец, обиженно зыркнул на меня и выпрыгнул в открытое окно. «Форточник», ёлки-иголки!
Особенно забавно было смотреть на кота, когда я завалилась обратно на кровать. Он, сидя на подоконнике за стеклом, рьяно вылизывал всклокоченную шерсть, но когда увидел моё эпичное падение на постель, аж язык прикусил от праведного негодования.
Вы видели когда-нибудь кота, который прищуривается, всем своим видом обещая вам проблемы? Я вот увидела! Потому и встала быстренько обратно, да прикрыла окно понадёжнее… ещё и одну пару ботинок спрятала в шкаф. На всяк про всяк. Вторую пару оставила у двери. Её я планировала обуть, когда буду выходить. И всё это сопровождалось моих хихиканьем.
Кот угрожающе выгнул спину и походил вдоль подоконника, своеобразно наскакивая на стекло.
Я собрала учебники и тетради в сумку и поскакала в душ. Так как фена в этом мире нет, лишний раз порадовалась, что врождённое чувство ответственности подняло меня чуть свет. Волосы успели высохнуть как раз к сроку активации местного будильника.
Звук этого оповещающего сигнала был эпичным! Что-то общее между скрежета по стеклу, у которого навалили децибелов до чувства Апокалипсиса, и знаменитого крика Банши.
– Пипец, – вздрогнула я, принимаясь за плетение кос.
Первым в расписании стояла пара «Боевых искусств», поэтому я аккуратно сложила студенческую форму в специальный рюкзак и облачилась в спортивные штаны и свободную тунику, которая в первые секунды болталась на мне, но быстро стянулась по шву, поражая меня необычным свойством.
– Вот это технологии!
Штаны тоже мягко облепили ноги, сужаясь до необходимого размера.
Покрутившись перед зеркалом, в который раз оценила, насколько Лалеана хороша! Я почти привыкла к новому телу. Только наивные голубые глазки вызывали пока глухое раздражение, но и к ним у меня скоро вопросов не останется.