Экстренные реанимационные процедуры оказались бесполезными, – четко, как в армии, отрапортовал невидимый собеседник.
– Что?! – подорвался с места Кир, до этого момента спокойно сидевший в кабинете босса. – Какого черта?! Как это могло случиться? Почему вы не спасли парня?! Когда мы уходили, он был в полном порядке!
– Кирилл Германович, у Романа был врожденный порок сердца. Год назад он попал в нашу клинику с приступом, но отказался пройти курс лечения и самовольно покинул палату, едва пришел в себя.
– Сука! – прошептал Дым и закрыл глаза. – Как я об этом Жанне скажу?
– Кстати, – оживился доктор. – Медсестра, которая ставила капельницу его соседу по палате, слышала, как Роман звонил какой-то женщине по имени Жанна. Их разговор был очень громким и эмоциональным.
– Да бля… – начбез схватил телефон, выбрал абонента и нажал кнопку вызова.
– Балу… – в голосе Кира звенела тревога. – Мне надо… я поеду к ней. А если… Черт!
Последнее слово он договаривал, скрываясь за дверью кабинета босса. Сжигая покрышки и ревя мощным двигателем, машина Дымова сорвалась с места.
– Геннадий…
– Да, я тут, – отозвался медик. – Слушаю вас, Евгений Александрович.
– Приготовьте все документы для захоронения тела.
Красная кнопка как «стоп» одной жизни.
– Да, очень похож, – кивнул парень, глядя на планшет в руках служителя порядка. – Харитон, то есть Харя, должен на днях пригнать очередную партию мотиков. Скинет их в салон на реализацию, а после этого снова зависнет в «Хижине». Это его любимое убежище.
Клуб «Хижина» – а по сути – притон – место встречи маргиналов, давно являлся головной болью жителей соседних домов, но его хозяин всякий раз умудрялся выходить чистеньким из всех проверок.
– Пусть будет «Хижина», – проворчал Балу. – Харя послужит фитилем. С его помощью мы сожжем это смердящее заведение к чертям собачьим. Осталось только дождаться его приезда.
Знакомый таможенник из Владика обещал сигнализировать, когда мотоциклы Харитона пройдут очистку. Обратный отсчет был запущен.