А дядя Стёпа… Он вырубился с зажатой в зубах сигарой и со стаканом в руках.
«Убью!» — мелькнула мысль в моей голове.
— Я ему присвоил седьмой ранг! — объявил дед с гордостью пьяного философа. — Седьмой!
— Невозможно! — Роман Олегович схватился за голову. — Для этого нужна комиссия, несколько экзаменов!"
"— Цыц, мелюзга! — оборвал его Альберт Сергеевич, пытаясь одновременно стянуть узкие штаны и удержать равновесие. — Я всё знаю! Всё! Это чудо, говорю вам… Я стал свидетелем настоящей магии и гения! — он попытался встать на одной ноге и чуть не упал.
Дальше выяснилось, что рыженький (точнее, старый алхимик в его теле) сдал экзамен за пять минут. Но Альберт Сергеевич не поверил, начал мучить его дополнительными вопросами и заданиями. И этот паршивец всё смог! На каждый вопрос отвечал так, что у старика челюсть отвисала. А под конец экзаменатор рухнул на колени, признав в нём величайший талант.
— А потом… — дед прервался, пытаясь снять рубашку Лампы, которая ему явно жала в плечах.
Они успели не только напиться, но и поменяться одеждой «для чистоты эксперимента». Проверить, как внешний вид влияет на восприятие научных теорий. Судя по тому, что экзаменатор лежал в костюме Лампы, а старый алхимик красовался в мантии, эксперимент удался.
Я подошёл к столу и обнаружил свидетельство о присвоении седьмого ранга. Быстро убрал его в пространственное кольцо, пока Роман Олегович не опомнился.
Кое-как переодели бессознательного Лампу в его вещи. Потащили парня на улицу. Я прислонил почти безжизненное тело к стене, глядя, как магистрат закрывается на ночь.
«Вот же тварь! — подумал, разглядывая пьяную улыбку на лице рыженького.
Дядя Стёпа вообще не в курсе, что Лампу уносит с маленького бокала? А они выжрали четыре бутылки коньяка на двоих, для рыженького это смертельная доза.
Вечер уже спустился на город, окутав улицы синими сумерками. Я оттащил «алхимика-гения, поцелованного самим создателем» за здание. Посмотрел на пьяную физиономию Степана Михайловича.