— Били?
Она снова кивнула. Потом с усмешкой продолжила:
— Я так обрадовалась, когда меня сюда перевели. А тут вон тоже…
— А тут я за тобой присмотрю, — Он по-дружески приобнял её за плечи.
Катя, зардевшись, промолвила:
— Я очень тебе благодарна.
Первые два урока прошли без проблем. Педагоги их не трогали, позволяя им освоиться, а вот на третьем — литературе — пришлось писать тест. Причём такой, что мозги свернуть можно. На половину вопросов он даже приблизительного ответа не знал. Хотя гуманитарные науки Эрику всегда давались непросто.
"Написав всё, что более-менее знал, Эрик отложил тетрадь. Но тут Катя перегнулась через проход к нему и, настороженно следя за русичкой, взяла со стола листок с тестом, а через несколько минут вернула, а заодно подложила и записку с ответами.
Они переглянулись, но стоило ему улыбнуться, как она сразу потупила взор. И тут он поймал на себе пристальный взгляд Дины. В отличие от Кати, она ничуть не смутилась и продолжала на него смотреть, чуть подщурив глаза, отчего видок имела довольно зловещий.
Эрик переписал ответы в тетрадь и со звонком сдал учителю.
Но на следующий день Нина Лаврентьевна ошарашила его:
— Эрик, неужели ты совсем ничего не знаешь? Я ожидала, что ты напишешь… хуже остальных. Но не ответить ни на один вопрос… Как же так? Сдал абсолютно пустую тетрадь…
Он озадаченно посмотрел на Катю, и та закусила губу.
— Извини, но вынуждена поставить тебе двойку.
Тетрадь русичка ему вернула, но в ней действительно не было ни строчки, ни слова.
А во время обеда Катя призналась:
— Прости, что не сказала раньше. Я такая трусливая. Ненавижу себя за это…
— Не сказала что? — не понял Эрик.
— Я видела, как вчера после теста Дина вернулась в класс, когда там никого не было, и вырвала страницу из какой-то тетради. Я не думала, что это твоя тетрадь. То есть не была уверена… А сегодня поняла, ну, когда Нина Лаврентьевна сказала, что ты пустую сдал.
— Да ладно, не парься, никакой трагедии в этом нет. В конце концов, на двойку я и знаю. Так что, считай, всё справедливо.
— Нет! Несправедливо! И подло! Я сейчас же пойду к Нине Лаврентьевне и всё ей расскажу.
— Да брось. Не стоит, правда.