Несчастье объединяет людей, а это ведь несчастье их ребенка. Вчера Беата, конечно, не могла с ним говорить. А если он спасет мальчика от тюрьмы? Если ему после больницы нужны будут тишина и покой? Мальчику здесь было бы хорошо… Беата никому другому уход за ним не доверила бы — она приехала бы для этого сама, а Лиан сюда не сунется… Первая любовь живет долго. Если она живет в нем, то должна жить и в Беате…
— Ах вот ты где отдыхаешь! — в голосе Ирены была насмешка.
— Я отдыхаю в своем доме.
— Ты помнишь, что я тебе вчера сказала?
— Нет.
— Я была у врача.
— Ну и что?
— Я была у гинеколога, у нас будет ребенок.
Этим и должно было кончиться, ничего другого ждать и не следовало. Он отпил из кружки большой глоток. Ему хотелось отрезать: «А мне-то какое дело!» — но так сказать он все-таки не смог.
— Почему ты молчишь, почему не подойдешь и не обнимешь меня, не пожелаешь счастья?
— Может, ты ошибаешься… Врач в этом уверен?
— Да, врач уверен.
— Ах, вот как… — в этих словах прозвучала отупелая растерянность.
— Вильям, нам надо пожениться!
— В Англии старым девам только двадцать девятого февраля разрешается делать предложение мужчинам…
— Ты издеваешься? Ты еще смеешь издеваться надо мной?
— Я думаю, еще рано поднимать панику…
— Ага-а! — Голос Ирены стал злым. — Старая песенка. Только сейчас ты у меня запоешь по-другому. Я все знаю!
— Что ты знаешь?
— Все!
— Опять тебе что-то мерещится.
— Я знаю, сколько ты заплатил малярам. Я знаю, за сколько ты купил этот фундамент. Я знаю примерно, во сколько обошелся тебе этот дом, и я знаю, что у твоей матери никогда ничего не было, кроме пенсии. Только пенсия!
— Ты шпионишь? — Он вскочил.
— У меня, дорогой мой, другого выхода не было, если я хочу тебя заполучить!
— Ну, что ты еще знаешь? Что ты еще разнюхала?
— Тебе мало?
— Говори! — Вильям схватил ее за плечи.
— Я, кажется, знаю откуда у тебя эти деньги…
— Говори, или я…
— У тебя было рацпредложение, которое почему-то отклонили… Мы тогда познакомились и вместе работали… Ты, наверное, сейчас проводишь эту рационализацию самостоятельно… Почему ты на меня так смотришь? Ты хочешь меня убить? Тебе совсем не надо меня убивать, тебе надо только жениться на мне…
— Ненормальная женщина!.