Даже чайник и чашечки были довоенные, кузнецовские, под стать буржуазному вкусу."
"— Сыграем в шашки? — мягким голосом предложил хозяин.
— Сыграем! — Будет легче говорить, подумал Вильям.
Они пили чай и играли в шашки.
Вильям постепенно рассказал обо всем, что сегодня произошло в цехе, но Константина Ивановича, казалось, интересовали только шашки. Вдруг он как бы между прочим сказал:
— Не дождетесь вы этих длинных столов… — То забудут запланировать средства, то не найдется изготовителей на такой заказ… Думаю, ваше предложение уже сгорело синим пламенем…
— Пусть мне дадут двух плотников, и я удлиню столы за неделю!
— Мое рацпредложение тоже сгорело синим пламенем…
— Что?
— Мое, правда, не было так тщательно разработано, как ваше… Я просто предложил уменьшить нормы расхода материала в двух размерах…
— Что же это происходит? — Вильям вскочил.
— Нет, она умная. Пойдете жаловаться к директору — ничего не добьетесь! В министерство — то же самое! Никто этот материальчик воровать не станет, его порежут на тряпки, и все будет по закону.
— Если бы воровали, это я еще понимаю… — Вильям налил себе чаю. Быть может, это рефлекс — как только случалась напряженная минута — ему хотелось что-нибудь разливать. Но водки не хотелось.
— Я человек маленький, образования тоже мало… Мне они сказали, что это дело государственное…
— Тратить на костюм три метра материи, если можно пошить из двух восьмидесяти?
— Мне они сказали, что дело это государственное… Ткань, которую мы получаем, должна быть метр сорок шириной, но иногда она уже.
— Цеха могут тем временем шить что-нибудь другое…
— А если заказы окажутся невыгодными. Этого боятся. Да и с какой стати шить что-нибудь другое? Если у меня такая свободная норма расхода материала, как сейчас, по мне этот материал пусть хоть на два сантиметра будет уже.