— И не надо мне говорить, мальчик, что жеребцу необходим уход: а то я сам не вижу! Я ухаживал за конями получше этого еще до того, как тебя от груди отняли.
— Так займись им. Что до груди, меня растили, обмакивая кулак в молоко.
— Кулаки твои я видал! Здорово ты с ними управляешься, хотя кондуктору ты насолил изрядно. Ему нравилось быть первым силачом в округе. Он-то думал, что все ему позволено. А ты взял да все ему испортил!"
"Криспин Мэйо пересек улицу. Отряхнул штаны, а затем и куртку. Снял котелок и пригладил рукой волосы… мизинец словно огнем обожгло.
Отличный был котелок, ничего не скажешь! Лучшего у него отроду не водилось, а теперь вот в тулье зияет дыра! Ну что ж, лучше здесь, чем ниже. Новую шляпу он как-нибудь добудет…
Бреннан стоял за стойкой. В зубах у него торчала черная сигара. Владелец салуна поглядел мимо нее на Криса, затем водрузил на стойку кружку пива.
— Держи-ка, Мэйо! Когда за человеком охотишься, в глотке пересыхает.
— Барда Маклин в форте?
— Спроси кого другого.
— Меня ранили, так что в драке поучаствовать не довелось. С вороным все в порядке. Но главные злодеи по-прежнему на свободе, хотя нескольких я прикончил. Я слышал, что сегодня ночью Парли попытается похитить Барду Маклин.
— Вот идиот! Неужели он никогда не уймется?
— Я говорил с человеком по имени Пэрри Блессинг, с тем, что разъезжает верхом на породистой кобылке. Он мне об этом и рассказал.
— Ты его убил?
— Нет. Я перевязал ему ногу, которую сам же и продырявил, а потом послал на все четыре стороны. Мне ужасно приглянулась кобылка, и я боялся, что если начну стрелять в него, то попаду в лошадь, так что я его отпустил.
— Лошадка классная: смирная, послушная, а уж бегает и прыгает так, что загляденье! Я уж и откупить ее пытался, и украсть думал, и в карты рассчитывал выиграть… но он кобылку не ставит.
— Я поеду в форт. Мне надо поговорить с полковником.
Крис допил пиво. Он устал, устал смертельно. Даже это красочное выражение не передавало всей интенсивности его чувства.