– И все?
– Какая-то яркая точка мелькнула в зарослях несколько раз.
– Мелькнула, или это было движение?
– Похоже на движение.
– В какую сторону?
– Прочь от нас, причем быстро. Но это просто точка, никаких деталей не видно.
– Вот и я о том же. Мелькает, но не пойми что, изображение ровно на точку. Если перевожу в цветной режим, желтым помигивает то там, то здесь. Далековато для прибора, картинки нет.
– И что это значит?
– Среди деревьев горячие объекты. И похоже, они двигаются.
– Твари теплокровные?
– Если ты о том, могут ли они светиться на тепловизоре, то да.
– Хану говорить будем?
– И что мы ему скажем? Что нам какая-то теплая точка из посадки мигает? Да он в ответ, как всегда, по нашим матерям пройдется и на другой бок завалится – досматривать прерванный сон про грудастых девочек и море.
Пастух осекся на полуслове, завертел головой и, похоже, начал к чему-то принюхиваться. Приподнялся, упершись макушкой в тент, и напряженно произнес:
– Ты ничего не чувствуешь? Запашок есть?
– Да вроде нет. Запах как после дождя. И…
– Что и?
– Вроде как муравьями пахнет.
– Муравьями?!
– Ну, когда над кучей муравьиной нагнешься, похожий запах. Кислотой брызгают, они так защищаются.
– Да твою же мать! – процитировал Пастух любимое выражение своего командира и поспешно начал тыкать в рацию: – Давай же! Давай! Отвечай! Хан! Отвечай, тетеря глухая!
– Пастух, мать твою, чего тебе тихо не сидится?! – сонно поинтересовались из рации.
– Кисляк пошел! Кисляк! Только что заметили!
– Мать твою! – выдохнул Хан и торопливо добавил: – Наблюдать и ждать!
Пастух в раздражении стукнул кулаком по крыше:
– Да чего тут ждать, сваливать надо.
Рация будто подслушивала, тут же прозвучал новый приказ:
– Сваливаем! Повторяю – сваливаем! Резко сваливаем!
– Вот так бы и сразу.
– А тент и бортик?
– В задницу их, такое добро еще наделаем. Уходить надо. Быстро уходить. Опоздавших ждать не станут – не тот случай.
Ситуация понятная – им «повезло» заночевать на кластере, который прямо сейчас решил пойти на перезагрузку. Даже твари в такой момент разбегаются кто куда, а уж люди подавно.