– А может, тебе еще толстых попов с кадилами привести? Или пару симпатичных девок из стриптиза? Ты давай, заказывай, не стесняйся.
– Жалко, что ли? Отхожу ведь.
– Что вы за клоуны? Откуда взялись? Чего хотели? Отвечай, а там подумаем насчет спека.
– Вы нас колхозниками называете, – ответил умирающий и криво усмехнулся. – Еще вопросы имеются, или все понятно?
– Как пронюхали, что мы здесь пройдем? Кто вас навел?
– Не скажу. Не знаю. Командиры решали, я человек мелкий. Резко сюда пришли, что-то точно знали.
– Сколько вас всего было? Сколько?!
Глаза умирающего застыли, уставившись в одну точку. Придвинув фонарик вплотную, Басмач злобно сплюнул:
– Не мог пару минут подождать, торопыга хренов. Ну да и ладно, зато спек сэкономили и можно расслабить булки – нет здесь никого, такая публика возвращаться не станет.
– О каких колхозниках он говорил? – спросил Карат.
– Да есть тут у нас сердитые кадры. Только я в них не очень разбираюсь, до меня все было.
– Ну скажи, что знаешь.
– Давно, еще на старте Полиса, непонятка какая-то вышла между своими, разосрались подчистую, некоторые отвалили на запад, устроили там свой стаб. Но конфликт не замялся, в итоге дошло до крови. Со стаба их подвинули, вроде бы ушли, да только недалеко. Скрываются где-то на западе среди незаселенных кластеров, таких, как те, по которым мы сейчас едем. В Полисе у них остались глаза и уши, да только не верю я, что нас кто-то сдал.