Несчастливое число, усмехнулся он, но не менять же теперь место?
От нечего делать он начал разглядывать стоявших в очереди и проверявших документы. Эсэсовцам, видно, тоже не очень-то хотелось торчать у вокзала лишнее время в ожидании прибытия следующего поезда, и они разделились: стали пропускать проверяемых в два потока. Очередь двинулась заметно быстрее.
Трамвай ушел. Набившимся в вагон немцам надоело ждать, и они приказали вагоновожатому отправляться. На остановке остались стоять не успевшие сесть пассажиры.
Неожиданно внимание Выхина привлек человек в штатском, стоявший чуть в стороне от разбитого вокзального здания. Он лениво покуривал, искоса посматривая в сторону проходивших проверку. Широкополая темная шляпа сбита на затылок, крепкий, немного тяжеловатый подбородок с чуть заметной ямочкой, выпуклые надбровные дуги, отчего лоб казался низковат, внимательные светлые глаза, перебегавшие с одного лица на другое — казалось, он кого-то выискивал в толпе, но никак не мог отыскать.
Выхин подошел к рыжеватому немолодому эсэсовцу, подал свои бумаги. Тот, щуря глаза от дыма зажатой во рту сигареты, начал их внимательно просматривать. Повинуясь его знаку, Выхин распахнул светлый плащ, позволил провести руками по телу в поисках оружия. Видимо, удовлетворившись проверкой и личным досмотром, эсэсовец небрежно сунул ему в руки документы и кивком головы показал, что можно быть свободным. Перекинув небольшой чемоданчик в левую руку, Выхин взял бумаги и отошел.
— Хальт! Стой! — неожиданно раздался сзади громкий возглас.
Пророкотала короткая автоматная очередь. Выхин быстро прижался спиной к стене.
Стреляли не в него. Через площадь быстро бежал человек средних лет, умело прячась за начавшими бестолково метаться пассажирами, уже прошедшими контроль и направлявшимися к трамвайной остановке. На бегу он отбросил мешавший ему чемодан, выхватил пистолет и несколько раз выстрелил, целясь в эсэсовцев.
Люди на площади кинулись в разные стороны, боясь попасть под пули.
Беглец, видимо, хорошо знал город и привокзальную площадь: воспользовавшись паникой, он шустро юркнул в узкую щель между домами и пропал из вида. Эсэсовцы завели мотоцикл, трое из них сели на него и поехали через площадь, огибая квартал. Вскоре вновь послышались автоматные очереди и, как хлопки, выстрелы из пистолета.
Звуки погони сместились в сторону, можно было наконец осмотреться.