Подремать удалось побольше часа, что существенно прибавило мне бодрости. Проснулся я от карканья ворон. Кой черт их сюда-то занес? Где же они харчатся-то? Сколько я помнил из прошлой жизни, они всегда были спутниками гарнизонов, а вернее – гарнизонных пищеблоков. Так это они из лагеря ремонтников сюда залетели? А на кого орут, это ж не сороки, что всякую живность отмечают? На кого именно орали вороны, мне выяснить так и не удалось, на тропинке появились немцы.
Были они какие-то нахохлившиеся, не иначе – в воде искупались.
Первая пуля уронила на землю немца с пулеметом. Прямо-таки фатализм – не везет на этом месте пулеметчикам. Вторая сбила еще одного. Третью я выпустил по бутылке, попал. Вон камень закачался на веревке, упал – хорошо! Четвертый выстрел, пятый…
Бух!
Совершенно предсказуемо немцы залегли сразу, после первого же выстрела, и граната рванула прямо над их головами.
"Теперь кубарем отсюда, пока они за минометы не взялись. Отбежав метров на сорок, я услышал в воздухе знакомый шелест. Опаньки, быстро же они сориентировались! Вон ямка – в нее! После шестой мины немцы прекратили огонь. Я осторожно выглянул из-за склона. На тропинке было заметно движение – немцы оттаскивали раненых в тыл. Не будем им мешать, время они на этом потеряют, а мне только этого и надо.