Перелопатил кучу дел и выбрал такого деятеля, чтобы ни у кого никаких подозрений не возникло. Почти полжизни по зонам и по тюрьмам провел, и с нами его никто даже при желании связать не смог бы. Перевели его в ту же зону, где и Ланге сидел, Рыжего к нему подвели аккуратно. Устроили Манзыреву встречу с Ланге, они оба там в авторитете значились и общаться были просто обязаны. За ними там присматривали аккуратно, и, помимо Рыжего, там свои люди были. Все по плану шло. Начали они побег готовить, и решили мы их на этап выводить.
– Николай Павлович?"
"– Он самый. Специалист по оперативным комбинациям. Он оперативником был – дай бог каждому, и о лучшем исполнителе в данном случае я бы и мечтать не смог.
– А он в курсе дела был?
– В полном. И про «крота» в наших рядах знал. Ставить операцию под удар ни он, ни я права не имели и поэтому по связи передавать ничего не стали бы. Он и писал-то не напрямую мне, и подписывался не своим именем и званием. Для него тоже легенду вовремя написали – будь здоров! Однако думается мне, что это не очень нам помогло.
– В каком смысле не помогло?
– Раскрыл Ланге Гаврилова.
Дал я тогда команду крутить дело на всю катушку. Мы-то сначала предполагали их просто в камерах оставить, а тут пришлось все всерьез отрабатывать. Принял я решение проводить расстрел взаправду, при этом Ланге должен был быть легко ранен. Выехал к ним наш снайпер.