Против моего ожидания, названная сумма была воспринята спокойно. Надо же, оказывается, и у немцев коррупция даже и тогда была весьма развитой. Навряд ли Беренмайер был досадным исключением из общего правила. Через день «оглоед» привез мне толстый пакет.
– Здесь все. Виктор Федорович просил узнать – когда?
– Обожди тут. Мне к Беренмайеру через полчаса идти, я все и выясню.
Зайдя в туалет, я накинул крючок и развернул пакет. Точно – две тысячи рейхсмарок. Ну что ж, будем учиться давать взятки. Брать у меня уже получалось, а вот давал я впервые.
Положив деньги в папку, я отправился к Беренмайеру.
– Разрешите войти, господин лейтенант?"
"– Входите. Что у вас сегодня?
– Документы на подпись, – и я положил папку ему на стол.
Беренмайер невозмутимо открыл папку и просмотрел ее содержимое.
– Оставьте, я после посмотрю. Сейчас же направляйтесь на станцию и отыщите там гауптмана Крюгера. Он отвечает за формирование составов. Скажите ему, чтобы подготовил нам место в ближайшем эшелоне, уходящем в тыл. Сообщите ему конечную станцию доставки груза.
– Он не будет удивлен моим вопросом?
– ВАШИМ – будет. Вы скажете ему, что это – МОЕ поручение. Вам все ясно?
– Точно так, господин Беренмайер.
– Можете быть свободны.
Ни хрена ж себе пельмень! Вот тебе и скромный лейтенант-интендант! Хотел бы я на его домик в Германии посмотреть… И внутри побывать…
На станции я достаточно быстро отыскал гауптмана. Он сидел в отдельном кабинете и носа на улицу не казал. С окружающим миром он общался посредством рыжей секретарши, которая заодно была и переводчиком.
– Господин гауптман распорядился проводить вас к площадке погрузки.
– Зачем?
– Это приказ господина гауптмана. – Секретарша надела шубейку и двинулась к двери.
Волей-неволей я пошел за ней. После нашего запирания в пакгауз я на станции больше не был и поэтому с интересом посматривал по сторонам. Судя по всему, в пакгаузах немцы держали что-то взрывчато-неприятное.
Вот и площадка погрузки.
Секретарша бойко затараторила с каким-то пожилым немчиком.