– Ефрейтор Хашке, слушаю вас!
– Это унтерштурмфюрер Майнике.
– Хайль Гитлер, герр унтерштурмфюрер!
– Хайль Гитлер, ефрейтор. Мне нужен ваш командир.
– Осмелюсь доложить, герр унтерштурмфюрер, он отбыл!
– И как скоро вернется назад?
– Не могу знать, герр унтерштурмфюрер!
– Вот что, ефрейтор, там у вас в списках проходил какой-то пленный русский… Из штрафников. Мое начальство хотело бы с ним побеседовать…
– Навряд ли это получится, герр унтерштурмфюрер. Все пленные убыли на станцию Веденеево, тушить пожар! Господин лейтенант возглавил это мероприятие.
– Вот как?! И мой пленный?
– Скорее всего, тоже отбыл, вместе со всеми!
– Угу. Хорошо. Тогда наша машина подъедет сразу на станцию, это, кстати, и покороче будет. Спасибо за помощь, ефрейтор.
– Рад стараться, герр унтерштурмфюрер!"
"Последние приготовления к рывку были уже близки к завершению. Около моста группа бойцов, порядка сорока человек, бурно имитировала трудовую деятельность. Тащили со станции какие-то ящики, тормозили платформы с техникой и вагоны.
За спиной бухнул очередной «колодец», саперы вовсю дурачили немцев.
– Лейтенант Якименко!
– Я, товарищ подполковник!
– Склад к взрыву подготовлен?
Недавно, когда я объяснил ему устройство простейшего фугаса замедленного действия, изготовленного из ведра с водой, блока с противовесом и ручной гранаты, лейтенант проникся ко мне неслабым уважением. А фокус с «колодцами» вообще привел его в изумление.
– Приготовлен, товарищ подполковник! Мы там сразу два фугаса поставили, для страховки.
– Молодцом, лейтенант! Командуйте там и дальше.
– Товарищ подполковник! – Сзади подошел Сомов. – Вот расчет зенитного орудия. Вы приказывали представить их вам.
Я осмотрел артиллеристов. Шесть человек, немолодые уже мужики.
– Кто старший?
– Я, товарищ подполковник. Сержант Коростылев.
– Присаживайтесь, сержант. Да и вы все, товарищи, тоже.