Заманчиво, конечно, – попасть в разведшколу и передавать данные своим. Только как передавать? Связи у меня нет и не будет. Попасть в школу – я, положим, попаду. Да только вот в каком качестве? В качестве инструктора спецподготовки – самое мое, только кто ж меня туда возьмет-то? Я и своей-то темы не знаю абсолютно, а тут вдруг на другую, не менее серьезную, замахнусь. Симулировать разве потерю памяти? Интересная амнезия получается. Часть памяти стерла, а часть – добавила. Да, и весьма специфическую часть, надо отметить! Бред.
«У меня на вас большие планы имеются…» Точно, есть второй, а может – и третий.
Ланге говорил уверенно, так, словно не сомневался в нашем согласии. Да, скорее всего, так и есть. «Представления писать… писать…» Значит – беседа уже была, согласие получено? Он не сказал – беседовать, значит, это уже не нужно.
РадиограммаПолучен сигнал 8.
Начальнику … отдела капитану тов.
Маркову А. Т.
Сегодня в 03.40 от группы ст.
Начальник смены лейтенант Коробицын В. В.Начальнику …. отдела …… подполковнику
тов. Шергину В.А.
От группы ст. лейтенанта Грабова получено следующее сообщение.
Выполнения основного задания под угрозой.
Прошу разрешения на операцию прикрытия по варианту 2.
Старший группы капитан Нефедов В.А.Старшему группы капитану Нефедову В.А.
Разрешаю операцию прикрытия по варианту 2.
Начальник …. отдела …… подполковник Шергин В.
Мое возвращение на службу было воспринято всеми сослуживцами как воскрешение из мертвых. Один только Беренмайер (умная голова, однако!) быстро сложил 2 + 2 и с расспросами ко мне не лез. Надо полагать, что начальственные флюиды как-то были уловлены и всеми окружающими. Так что серьезной работой меня не грузили, я мотался по городу, инспектировал отдельные объекты и готовился к большому драпу.