Но они скорее обозначили свое присутствие, чем реально ожидали от меня угрозы. Тем не менее, я был предупрежден об ограниченности собственных перемещений. Впрочем, в этом я как раз нисколько и не сомневался.
Скинув мокрую одежду на пол, я едва добрался до постели, рухнул плашмя и тут же уснул, даже не осмотревшись в комнате. Спал я долго и проснулся лишь под утро. За окном пара десятков луженых голосов орали строевую песню:
- Вот приехал в Лондон
Наш ирландский паренек,
Все кругом сияет
И шумит людской поток,
Так светло на Пикадилли,
Будь то день иль ночь,
Что Пэдди восхитился,
И он крикнул во всю мочь…
*Джек Джадж, Гарри Уильямс «Путь далекий до Типпери».
"На стуле перед кроватью аккуратной стопкой лежала одежда: штаны, сорочка и куртка британских коммандос. Тут же стояли высокие ботинки со шнурками. Я оделся, с удовольствием ощущая, что усталость окончательно покинула мое тело, я был бодр и совершенно здоров. Никаких негативных ощущений в теле не осталось. Я вновь стал самим собой. Уверен, Димка гордился бы таким телом.
Я вышел из дома. На плацу неподалеку, как и предыдущим вечером, бегала рота бойцов под предводительством красномордого сержанта. Моросил легкий дождь, но могла ли природа помешать джентльменам совершить необходимый ежедневный променад?
Моя охрана никуда не делась. Два крепких парня стояли, искоса поглядывая на меня. Я тоже остановился на крыльце, никуда не спеша.
- Что с Лондоном? – спросил я ближнего караульного.
У караульного перекосилось лицо, но отвечать он не стал. Впрочем, мне хватило его реакции, чтобы понять – в столице все чертовски плохо.
Повернувшись налево, я увидел, что наискось через плац ко мне стремительно шагает, или, даже, можно сказать, бежит, О'Хара. Несмотря на свой невысокий рост, передвигаться он быстро, как гончая.
Пока я его ожидал, коммандос перешли от общих разминочных упражнений к частным, занявшись рукопашным боем.