Пристальность, с которой он наблюдал за мной, вызывала у меня странные ощущения. Казалось, все волоски на теле разом встали дыбом. – Хотели найти подтверждение написанному?
– Даже если так, что плохого в желании разузнать хоть что-нибудь о человеке, в одночасье ставшим моим мужем? – я гордо вскинула подбородок. – Не у всех есть поверенные. Да и времени у меня нанять сыщика тоже не было, пришлось воспользоваться тем, что попалось под руку. Надеюсь, это не преступление?
– Нет, не преступление.
Я встревожено смотрела на лэрда Уэста, который делал вид, что ничего примечательного не произошло. А вот я никак не могла унять зародившееся волнение. Не слишком ли часто для здорового человека у него случались странные приступы?
– И получила бы честный ответ? – подала голос после затянувшейся паузы, желая разрядить сгустившуюся в экипаже обстановку.
– Кто знает… – уголки его губ потянулись вверх и так же быстро сползли вниз.
В очередной раз поморщившись от боли, мужчина снял перчатки, и моим глазам предстала печатка из того же старинного серебра, что и набалдашник трости. Мне показалось странным, что лэрд Уэст носил ее на мизинце левой руки, тем временем как нынешние модники предпочитали надевать перстни на безымянный палец правой руки. Может, в Бангвиле свой стиль?
В самом кольце не было ничего примечательного, если не брать во внимание две переплетенные у основания буквы «W».
Что все это значит? Семейные ценности? Если да, почему насечка совпадает с заглавными буквами имени моего супруга? Чистая случайность? Или у Уэстов принято давать всем мальчикам имена, которые начинаются на «М»? И судя по хмурому взгляду мужа, спрашивать его об этом было бессмысленно.
На этом странности не закончились, а только начались. Хоть лэрд Уэст мог позволить себе снять комнаты в дорогой гостинице, мы остановились на ночь в каком-то вонючем и ужасно шумном постоялом дворе. О здоровом сне под крики распутных девиц и пьяниц, регулярно устраивавших драки, не стоило даже мечтать.