Жадным взглядом окидывает дом, качели, кусты смородины.
— А ты тут хорошо пристроилась, — пыхтит недовольно Нина.
— Проходите. Будьте гостями, — бросаю я, стараясь соблюсти приличия. Пытаюсь не обращать внимания на выпады сестры."
"Сейчас из кухни за мной наблюдают несколько пар глаз. И не успею я войти в дом и сказать хоть слово в свое оправдание, как сплетни снежным комом понесутся по Шанску.
— А где Морозов? — требовательно спрашивает Нина, семеня вслед за мной на высоких каблуках.
— Уехал по делам, — роняю я, не оборачиваясь.
И войдя в дом, киваю на полную народа кухню:
— Проходите.
— А что тут у тебя происходит? — недовольно интересуется Нина. Но мама ее незаметно одергивает.
— Чай? Кофе? — строго спрашивает появившаяся в дверях Надежда.
Мама растерянно улыбается. Садится на краешек табуретки.
— Водички, если можно, — просит жалостливо.
— А вы кто будете? — по-свойски интересуется дядя Коля.
— Моя мама. Ольга Владимировна, — представляю я поспешно. — А это Нина, моя сестра…
— Родня, значит.
Сжимаю губы, стараясь не ляпнуть лишнего. Да кому какое дело, какие у меня отношения с родственниками? Но бесцеремонность посторонних людей меня бесит.
Может, Тимофею они родные и близкие. Но мне-то чужие!
— Молодцы! Сразу пришли поддержать, — кивает толстая Анжелика Акимовна из дома наискосок.
— Да, конечно, — кивает мама.
По глазам вижу ее растерянность. Она понятия не имеет, что произошло. Но так правдоподобно поддакивает.
Красивые. Почти идеальные…
Но у меня по поводу Нины нет никаких сомнений. Она обязательно отберет у меня то, что ей понравилось. Так всегда было. И будет!
«Погоди, — останавливаю саму себя. — Не паникуй по глупости. Ну запала она на Тимофея. Ну и что? Ты — его жена. И любит он тебя!»
«Ага, любит, — ною от безысходности. — А ехать со мной не захотел. Зато с Даном сразу же согласился…»
От едкой горечи, скопившейся в душе, чуть не реву от отчаяния.
Ты жива. Просто дыши.
Ловлю свое отражение в зеркальной горке. Бледная, испуганная, печальная.
«Где ты, Тима?» — мысленно зову мужа. И хочу только одного. Уткнуться сейчас в широкую грудь любимого.