В дальнейшем, вероятно, после детального анализа, комиссия подготовит предложение для ВКС о моратории на подобные эксперименты. Даниил Шаламов, потом Майкл Лондон, теперь Мальгин…
– С Шаламовым и Лондоном все было иначе, – возразил Джума.
– Но связь прямая. Впрочем, я поспешил с заявлением. Итак, вы считаете, что этот ваш Мальгин… м-м, как бы это сказать… не опасен?
– Я ему верю, – ответил Джума, помедлив, разговор ему не нравился. – Во-первых, нет полной уверенности, что нам удалось подобрать ключи к «черным кладам» памяти Мальгина.
– Вы можете дать стопроцентную гарантию?
– Могу, – не очень твердо сказал Джума.
Ландсберг пожал плечами и откинулся на спинку кресла.
– Хорошо, мы поняли, – проговорила Боянова. – Надеюсь, чрезвычайных мер по Мальгину принимать не придется. Спасибо за участие в эксперименте, другарь Хан, вы понимаете – подстраховка была необходима. Побудьте с ним рядом еще некоторое время, пока он…
– Честно говоря, прямой необходимости в этом нет, да и ребята ждут в обойме, но пару дней на Земле я еще побуду.
– Вы знаете, что «серая дыра» закрылась?
– Знаю. Очень жаль. До свидания.
Джума Хан вышел.
По кабинету маревом поплыла тишина.
– «Серая дыра» заросла, однако хлопот не убавилось, – нарушила молчание комиссар отдела, словно говорила сама с собой. – А главное, что остались нерешенными не только научные, но и социальные, внешние и внутренние, проблемы.
– Будет вам, Власта, – негромко сказал Ландсберг. – Вы не все перечисленные проблемы несете на своих плечах, с вами работает и Даль-разведка, и погранслужба, и ксенологи, и социоэтики, и мы. Но я вас понял: требуется наше разрешение на какие-то рискованные действия?
Боянова отодвинулась.
– Иногда мне кажется, что вы интрасенс, Казимир. Да, мне нужно добиться согласия СЭКОНа на рейды к Маату, Орилоуху и в Сферу Дайсона.
– Если бы с подобным заявлением в комиссию обратилась Даль-разведка, я бы не удивился. Но что делать службе безопасности на этих планетах и объектах?
Боянова включила проектор, и перед сидящими открылась сияющая бездна, на фоне которой висел желто-лиловый шарик планеты.