– Вы заявили, что интрасенсы – индивидуалисты и не любят работать под каким бы то ни было давлением, что же движет вами? Вы случайно не относитесь к тем, кто называет себя «рыцарем эскадрона жизни»?
– Власта! – слабо запротестовала Забава.
Легкая улыбка тронула твердые губы Железовского."
"– Кто-то из философов говорил: «Быть на стороне закона – такое же захватывающее дело, как и быть против него». Мне лично интересно работать на стороне закона. Проведите мне консорт-линию, Власта, и чтобы об этом знали только двое: вы и я.
– Каким образом можно получать информацию через компьютер, не подключая его?
– Сообщите мне параметры инка, и я дам вам рекомендации. И учтите: против вас… нас работают очень хорошие специалисты, эфаналитики, политологи, социологи, технари, недовольные своим положением и отсутствием тех возможностей, которые открылись у интрасенсов. Это – элита, и вам придется в ходе следствия с этим считаться, если хотите довести дело до логического конца.
– Откуда вы это знаете? – почти шепотом спросила Власта.
Железовский подмигнул Забаве, сломав на миг невозмутимость и превратившись в лихого удальца.
– Ветер носит. Но что бы вы ни думали обо мне, приближается новая волна стихийной борьбы с творческим потенциалом, с генераторами идей, с людьми, одаренными богом, которые всегда во все времена раздражали аппарат власти. При любых правительствах и режимах.
Вышел. Совершенно бесшумно.
Женщины остались сидеть, глядя друг на друга.
– Нахал, – нарушила молчание Власта.
– Мальчишка, – печально улыбнулась Забава.
ГЛАВА 6
Ощущение полета и сказочной легкости потрясало настолько, что хотелось петь и мчаться, опережая ветер и свет.
Крылья стали тяжелыми, а тело потеряло легкость и обтекаемость, голова явно перевешивала хвост, и приходилось напрягать шейные мышцы, чтобы не перейти в пикирование. И очень мешали лапы…
Мальгин проснулся.