Масштаб этого вида связи колоссален.
– И создан он Вершителями?
– Вершители – собирательное название многих сотен разумных рас из иных вселенных, «черные люди» просто не смогли уберечь этот факт в памяти, хотя и были разумными информационно-энергетическими «консервами».
– Они все ушли в Горловину «серой дыры»?
– Нет, многие не успели, в основном те, кто не смог найти Горловину. Без проникателей это практически невозможно.
– Значит, маатане и орилоуны спешили в «серую дыру» не зря, и в нашей Галактике больше не осталось «серых дыр» со встроенными механизмами перехода?
– Совершенно точно.
– А «сфера Сабатини»? Знаете, о чем речь?
Лондон покосился на Ромашина, на щеках которого разгорелся румянец, хотя с виду эксперт был хладнокровен.
– «Сфера Сабатини», или эйнсоф, как вы называете, на самом деле узел пересечения физик, причем многих, вы даже не представляете, как опасно его соседство с Солнцем.
– И виноват в этом я, – тихо сказал Ромашин. – Власта права. Хотя я считал, что интерес мой оправдан.
Лондон ничего не сказал в ответ.
– Черт возьми! – взорвался вдруг Железовский, заставив всех вздрогнуть. – Вы наговорили столько интересного, что хочется жить! А также очень хочется знать, что это за объекты и откуда их приволок Шаламов, почему погибли цивилизации, память о которых хранит ваша «Красная книга» и…
Лондон остановил математика знакомым жестом: ладонь вперед.
– Я завидую вам, Аристарх, вы здесь единственный из всех по-настоящему счастливый человек. Хорошо, я отвечу на ваши последние вопросы, но они действительно последние.
Лондон перевернул исчезающий «голыш», и тот пропал, будто его и не было.
– Это не камень, каким он вам представляется, а устойчивый ансамбль хрононов – квантов времени, вектор которого направлен не в будущее и не в прошлое, а «в сторону» от потока времени нашего мира. Взаимодействует он только с гравитацией.
– Здорово! – прохрипел Железовский. Глаза его горели. Он действительно счастлив, мимолетно подумал Мальгин, хотя и сам был потрясен и заинтригован.