А моё поведение — прошлое и будущее — вряд ли понравится твоей семье.
Настя хмыкнула.
— Да уж, — сказала она. — Папа и дед тебе за такие похождения голову бы оторвали.
Я взмахнул вилкой.
— Вот это я и имел в виду, когда говорил о тигре и об его усах. Романтические отношения с умной, образованной и красивой женщиной это великолепно. Это едва ли не лучшее приключение, о котором можно мечтать во время летнего отдыха.
— Но… — подсказала Бурцева.
Она не притронулась к закускам и к салату — закурила.
— Ты правильно поняла.
Бурцева выдохнула в потолок струю дыма.
— А как же Лена? — спросила она. — Сергей, ты ничего не сказал о ваших с ней отношениях. Я поняла, что ты ей очень нравишься. Но не поняла… что между вами происходит. Ты и с ней… как с этими чужими женами и официантками?
Я наколол на вилку зелёную горошину, сказал:
— Котова влюблена в меня.
— Что, зачем?
Бурцева вопросительно приподняла тонкие брови.
— Представь, Настя, что мы с тобой провели бы прошедшую ночь вместе, в одной постели, — сказал я. — Это была бы восхитительная ночь, даже не сомневаюсь. Нам бы она запомнилась. Мы повторили бы её снова: возможно, несколько раз.
— В каком смысле? — спросила Анастасия. — Когда, дальше?
— Вот именно, — ответил я. — Ты задала правильный вопрос. Дальше бы наши жизненные пути разошлись. Потому что я не настроен на создание семьи. А Котова… мы же сейчас о ней говорим… захотела бы свадьбу, детей, семью.
Я забросил горошину в рот, прожевал её.
— А вот с этими вопросами не ко мне, — сказал я. — Я под венец в ближайшем будущем не пойду. Да и Лене сейчас не стоило бы привязывать себя к дому.
Я снова выудил из салата очередную горошину.
Увидел, что Бурцева задумчиво смотрела на дымящийся кончик сигареты.
— Для постельного веселья у меня есть Светочка, — сказал я. — А дружба для меня слишком ценна, чтобы менять её на сиюминутные удовольствия. Из женщин-друзей можно делать жён, но не любовниц. Хотя из любовниц иногда получаются верные друзья.