Копыта зацокали по камню, и вскоре телега встала.
Ника лежала тихо как мышь. Она слышала, как тот, кто этой телегой правил, бросил поводья и грузно соскочил на землю. Сейчас он уйдет и тогда…
Он подхватил ее поперек туловища, перебросил через плечо и куда-то понес. Он был большой, жесткий и смрадный! Ника попыталась брыкаться, получила резкий окрик:
— Спокойно, ведьма! Не дергайся.
И увесистый шлепок. И самое неприятное, что тяжелая рука так и осталась у нее на бедре, по-хозяйски поглаживая. Кажется, она позорно задрожала от страха.
Ей было страшно до того? Самое страшное начиналось теперь!
Висеть вниз головой было крайне неудобно, еще это состояние ужаса перед неизвестностью. А тот, кто ее нес, особо не церемонился, она пару раз приложилась головой о какие-то выступы. Несколько переходов, наконец он остановился, хлопнула дверь. Ника сжалась и вздрогнула, обостренный слух ловил все звуки. Мужчина вошел внутрь.
А потом ее с плеча сбросили на какой-то жесткий стул, и сразу же сдернули с головы мешок.
Мужчина стоял спиной.
глава 5
Он стал медленно оборачиваться, а Ника в ужасе застыла. Потому что ей казалось, что это должен быть один человек… Она не помнила, кто, но почему-то она была уверена, что он. И что это от него ей надо было бежать.
Зрение прояснилось полностью, а мужчина подошел и склонился над ней.
Это был Хряк, ее квартирный хозяин. Только одет очень странно. Темно-синий плащ в пол. И прежде, чем он успел его запахнуть, Ника успела заметить под плащом какуй-то непонятный наряд, кажется, на нем была кольчуга. И сапоги. Так как-то средневеково и дико, в голове не укладывалось.
А он удовлетворенно хмыкнул.
— Вспомнила? — усмехнулся он ей в лицо и выпрямился.
И тут до Ники медленно дошло. Ее похитили.
Панически закрутилось в голове все, взмыл ужас. Потом включились мозги. Надо держаться, не показывать страха и как-то выяснить, что к чему. Ведь не похищают людей просто так, правда? Значит — переговоры.
— Что происходит, Михаил Васильевич? — осторожно начала она, кося глазами по комнате.
Надо хоть как-то понять, где она. Лошадь, телегу и того смрадного амбала, что тащил ее сюда на плече как куль с мукой, Ника помнила.