Какое мне дело до мнения посторонней девушки?..
Мы говорили, а лимузин тем временем ехал по улицам Москвы. Он тронулся в тот же миг, как за нами закрылась дверца, но делал это настолько плавно, что ни толчков, ни поворотов мы не замечали.
— Скоро будем на месте, — объявила мадам Салтыкова. — Спецгруппа уже готова, ждут только нас.
— Зачем?
Вопрос вырвался неосознанно. Разумеется, я отдавал себе отчёт в том, что в аквапарк меня не пустят одного. Или даже в сопровождении Любавы…
Дети.
Этот фактор менял всё.
Шива очень тщательно выбирал место дислокации.
— Чтобы согласовать действия, — просто ответила госпожа секретарь.
— То есть, вы дадите мне действовать самостоятельно?..
— Если бы решала я — нет, — отрезала Салтыкова. — Я бы заперла обоих принцев и… девушку в своём лимузине, как в несгораемом сейфе, и дала спецназу выполнить его работу.
Она протянула мне очки в золотой оправе. Я молча взял их и сунул под ткань костюма на груди, в потайной карман.
Говорить было не о чем. Очевидно: в интересах Салтыковой предоставить мне все возможные шансы для успешного проведения операции.
— Я тоже иду, — Фудзи уже облачился в стэллс-костюм.
Он нисколько не стеснялся, даже не попросил никого отвернуться.
Я думаю, принцу настолько не терпелось сорвать с себя грязное, пропахшие страхом и болью тряпьё, что он даже не подумал о приличиях.
И вновь я усмехнулся: Фудзи просто выбросил одежду. Открыв окно, ловко запулил ком в ближайшую урну. При известной доле везения, а также претерпев чистку и глажку, его вещи вполне могут начать новую жизнь на каком-нибудь блошином рынке, где бедные студенты охотятся за стильными и модными шмотками… Кто-то будет дорожить тёмно-синим пиджаком в мелкую полоску, беречь туфли из воловьей кожи, которые мой друг принц выбросил ни секунды не сомневаясь.
Если я останусь в Тикю, я тоже смогу вести жизнь, достойную принца.
Мысль была неожиданная. Настолько, что я даже задохнулся.