— Слушаю вас, товарищ народный комиссар!
— Кто такой Проводник?
— Офицер разведки Генерального штаба царской России. Отвечал за безопасность и нормальное функционирование значительного числа агентов разведки в Европе.
— В каких странах?
— Австрия, Германия. Франция, Бельгия. Им была существенно расширена система обеспечения деятельности данных агентов, разработаны сигналы оповещения, уникальная схема связи… да и многое другое.
— В чем состояла её уникальность?
— Он использовал для передачи данных систему межбанковского обмена финансовой информацией.
— Не умеем — здесь вы правы. Что стало со всей этой системой?
— Она… в значительной мере опиралась на…
— …уголовников? Знаю. И всё-таки?
— По приказу руководства… мы… вывели деньги со счетов и из подконтрольных фирм. Не знаю, но… она могла и пострадать.
— Скажите уж прямо — поломали все к чертям! — Нарком раздраженно постучал по столу карандашом. — Ладно… кое-что мы уже начали восстанавливать.
— Да… он был многообещающим сотрудником.
— Почему был? И сейчас есть, встретитесь ещё… Хорошо, об этом вы с ним поговорите, подскажете кое-что… Где Проводник сейчас?
— Погиб. На него была открыта охота по всей Европе — англичане только что землю не рыли!
— Точно?
— Я читал официальные сообщения.
— А неофициальные? Такие люди просто так не уходят, товарищ майор!
Филимонов замолчал, что-то обдумывая.
— Вы с ним встречались незадолго до его гибели, — утвердительно сказал Берия. — Не может быть, чтобы такой дальновидный человек не рассчитывал своих действий на пять шагов вперёд! Уже тогда он что-то знал, я уверен! Не тороплю вас, подумайте, вспомните малейшие детали вашего разговора.
— Я… я постараюсь, товарищ народный комиссар!
— Учтите, товарищ Филимонов. — Берия встал, давая понять, что разговор закончен. — Этот человек нужен мне здесь! Очень нужен! Не его деньги, которые у Проводника наверняка остались.
— Олег Иванович! — Вошедший в комнату человек распахнул объятия.