Ясное дело, разрезы на них никуда не делись, а до полного заживления ран было ещё далеко, но кровь уже не лилась, а медленно выступала, набухая выпуклыми бороздками — терпимо.
— Бидес хотел перевязать, — просветил Линден, усевшись на пятки. — Но я сказал, что не надо. Видно же, что само быстро заживает. У меня так же.
Мартин не стал уточнять, какие увечья в своем возрасте тот уже успел заполучить, чтобы проверить скорость их заживления. Только вздохнул и провел рукой по лицу. До этого ладонь была чистой, теперь же окрасилась в черный.
Повернулся к Линдену.
— Как ты здесь вообще оказался, герой?"
"«Герой — голова с дырой», — любил говаривать старый Хал. И к Линдену Айрторну это подходило как нельзя лучше. Невероятная удача, что его дар вовремя среагировал, независимо oт знаний и навыков. А если бы нет? Можно было бы не cомневаться, что, будь у Жиль такая возможность, она без колебаний избавилась бы от неожиданной помехи, даром что этой помехе восемь лет от роду.
Мальчишка мотнул головой, отчего отросшая испачканная черным челка упала на глаза.
— Что-то почувствовал. Ну это… — Он закусил губу, пытаясь подобрать слова.
— Колебание магического поля, — подсқазал Март. Как то, которое он ощутил, когда применяли руны при убийстве Аллены.
Линден округлил глаза и закивал. Только что убранная за ухо челка снова свалилась на лицо.
— Его, ага. Бидес сказал, что мне кажется, но мы пошли проверить.
— Вот и проверили, — проворчал упомянутый, все еще бродя позади своего воспитанника.
Март усмехнулся и, опустив голову, покачал ей из стороны в сторону. Что тут скажешь? Северный театр абсурда во всей красе.
Линден вдруг вздрогнул, заозирался.
— Чувствуете?
Мартин кивнул.
— Стража?
Судя по заметным издалека аурам, в подземелье спускалась целая толпа магически не одаренных людей.
— Угу. — Мальчишка понурился, зажав перепачканные ладони между колен. — Ох и влетит же мне…
«Отцу твоему влетит за заговор и покушение на жизнь королевского посланника», — чуть было не ляпнул Март, но вовремя прикусил язык.
— Разберемся, — пообещал твердо и встал. Под подошвами сапог хрустнули остатки разбитых чаш.
Протянул мальчику руку, однако тот не принял помощь, а с опаской посмотрел на его развороченное предплечье.
— Уже не болит?
— Чешется, — чуть приукрасил действительноcть Мартин.
Согнул и разогнул пальцы, и Линден таки схватился за протянутую ладонь; поднялся.