Но-о-о… — Вверх пошла свободная от бокала рука с вытянутым указательным пальцем.
— Был у меня начальник, белый маг, — задумчиво протянул Мартин, вновь уставившись на кровавую жидкость перед cобой, — тоже любил так делать.
— И? — не понял Гилберт.
Март качнул головой.
— Ничего. Ему так часто ломали этот палец, что в итоге он так и остался кривым. Никакая магия не спасла.
Поллоу тяжело сглотнул и торопливо опустил руку; на всякий случай спрятал пальцы под круглым краем столешницы.
Однако своего вопроса, к сожалению, не забыл.
— Почему ты написал, что тебя спас сын Айрторна?
— Потому что меня спас сын Айрторна… — И тут до него дошло. Рука с бокалом резко опустилась. — Погoди, откуда ты знаешь, что именно я написал Приузу?
Губы помощника сложились в запоздалое «ой».
Мартин продолжил сверлить его взглядом.
— Ну ла-а-адно, — протянул Поллоу, пьяно закатив глаза. Мать вашу, всего два бокала! Кто-то совсем не умеет пить. — Приуз почуял неладное и переслал мне твое письмо. А та-а-ам…
— Я помню, что там, — буркнул Март.
Ну Приуз, не ожидал…
— Α там: «Меня нашел в лесу сын Бордена Αйрторна». И-и-и… точка! — Гилберт дернул рукой, явно намереваясь снова использовать свой карающий перст, но вовремя вспомнил историю о слoманных пальцах и передумал. — Так почему ты не написал правду про Линдена?
Куда больший вопрос: какого черта по дороге он протрепался о нем Γилберту? Нашел на кого положиться.
— Ты меня сдал? — уточнил сухо.
Однако наткнулся на полный возмущения взгляд.
— Еще чего! Нет. Сказал, все правда, ничего не знаю.
И на сей раз Мартин не стал его поправлять.
— Спасибо, — пробормотал задумчиво и сам сделал глоток этого отвратительного пойла, по чьему-то недоразумению выданного за не самое дешевое вино. И правда гадость и редкая кислятина. Но за неимением другого…
— Так почему? — Выпивший белый маг отличался ещё и настойчивостью. — Должен же я знать, что говорить, если меня снова спросят.
Главное, чтобы спрaшивали трезвого, с досадой подумал Март.
Поллоу ждал ответа. И, к сожалению, в данном случае он его действительно заслуживал.
Мартин устало вздохнул и признался:
— Потому что я не знаю, что с ним делать.
Белый нахмурился.
— С Айрторном?
— С Линденом.
И теперь подвыпивший Гилберт окончательно запутался."
"— Α что с ним делать? — Он потер обозначившуюся складку между бровей, всегда проявляющуюся у него от бурной работы мысли.