– Еще и домик! – рассердилась Саша. – Сначала венеролог, потом наследство. Кто-нибудь объяснит мне, что происходит?
– Давай я объясню, – сказал Бабкин. – Григорий Лобанов много лет живет на средства жены и полностью от нее зависит. Дом принадлежит ей. Квартира в верхней части города – тоже. Старая «Лада», на которой раскатывает Гришка, оформлена на Алевтину. Кушает он Алевтинину еду и носит вещи, которые она ему покупает. Их отношения сто лет трещат по всем швам, но до сих пор не развалились. Поговаривают, Алевтина уже хотела выгнать мужа.
Саше стало жалко Григория с прищемленными пальцами. Она ничего не могла с собой поделать. Страдала Алевтина, а сочувствие вызывал Гриша.
– Может, его подберет какая-нибудь из его… зазноб?
Макар рассмеялся.
– Сашка, добрая ты душа! Большинство его подружек замужем. А незамужних такое приобретение совершенно не вдохновляет. Он безработный пьяница, не пропускающий ни одной юбки, и единственным его достоинством является обаяние. Больше в Григории нет ничего.
– Вообще-то говоря, это уже чертовски много, – пробормотал Бабкин, косясь на Илюшина.
– Недостаточно, чтобы за это подобрали, обогрели и кормили на регулярной основе три раза в день.
Саша с сомнением покачала головой. Подбирают и обогревают любых. Григорий далеко не худший образец. И неправда, что кроме обаяния в нем нет ничего хорошего.
– Он добрый, – сказала она наконец, отчего-то чувствуя в себе позыв заступиться за Гришу.
– И в чем это выражается?
– Например, про него можно точно сказать, что он никогда не поднимет руку на свою женщину.
Бабкин с Илюшиным уставились на нее с недоверчивым удивлением.
– Это что, его заслуга? – недоуменно спросил Сергей.
– Вообще-то да, – кивнула Саша и непроизвольно дотронулась до щеки.
Макар на миг сузил глаза. Бабкин достаточно хорошо знал своего друга, чтобы не понять: только что кто-то из предыдущих бойфрендов Саши Стриж приобрел себе смертельного врага.