В смысле физической силы Илюшин во всем уступал своему щедро одаренному природой другу.
Именно поэтому Бабкин пять лет назад сам взялся тренировать его. «Дохляк! – ругался он. – Слабак! Тебя бить будут, а ты даже не трепыхнешься!» «Трепыхнусь!» – сопротивлялся Илюшин и показывал руками, как будет трепыхаться. Он ненавидел спорт в любом виде, кроме бега на короткие дистанции.
«Убьют!» – орал Бабкин. «Удеру!» – настаивал Макар. «Куда ты удерешь? До ближайшего травмпункта?» «Если он будет в пределах ста метров!»"
"Сергей подошел к делу жестко.
Илюшин ходил два дня мрачный. Бабкин, взятый им в помощники для выполнения черной работы, очень быстро доказал свою незаменимость. А также то, что слов на ветер он не бросает.
На третий день Макар сдался.
За четыре года «мучитель» не смог сделать из своего ученика чемпиона по ближнему бою и вообще никакого чемпиона сделать не смог. Перед ним и не стояла такая задача. «Если на тебя попрет придурок с ножом, ты должен уметь защититься. Если у него будет обрезок трубы, я хочу, чтобы ты остался жив и с непробитой башкой. Если их трое, из которых один боксер, выигрыш все равно должен остаться за тобой. Выигрыш в данном случае – это грамотно вырубить одного и свалить».
«А если их будет пятеро и со стволом?» – немедленно спросил Илюшин.
«Тогда пусть мочат тебя, – разрешил Бабкин. – Не повезло, значит».
По иронии судьбы именно боксер и подвернулся Макару Илюшину.
По той же иронии судьбы парень, меньше всего похожий на человека, от которого можно дождаться сдачи, вырубил Валеру Грабаря с первого же удара.
«С одного салатника! – похвастался Макар. – Серега, ты бы оценил».
4Когда Валера Грабарь пришел в себя, над ним склонились два озабоченных женских лица и одно насмешливое мужское.
– Живой? – выдохнула Нина.
– Живой, – хмуро констатировала Рита.
– Салатник жалко, – сказало мужское лицо.
Валера пошевелил губами и остальной физиономией. Физиономия была на месте, но голова гудела крепко.
– Что ж ты… – укоризненно просипел он. – Я тебя пальцем не тронул.
Мужское лицо приятно улыбнулось.
– А бить надо до того, как тронут, – сообщило оно. – Задолго до! Ты ж спортсмен, должен понимать.