Может быть потому, что он так делал меня частью своего идеального тела. Мне нравилось осознавать, что что-то мое сейчас внутри него.
Надеюсь, навсегда."
"Он расстегнул джинсы и посмотрел на меня жадно и дико, когда вытаскивал свой член. Головка налилась кровью и выглядела нуждающейся во внимании, из нее уже сочился молочного цвета предэякулят.
Я опустилась на колени, внезапно почувствовав ужасный голод. Я ожидала, что сейчас к горлу подступит паника, меня накроет отчаянием и отвращением от самой себя – так было всегда, когда Марко заставлял меня это делать.
Но, когда я встала на колени перед Уолкером, ничего из этого не случилось. Меня одолевала только сильное, чистое, мучительное желание довести этого прекрасного мужчину до оргазма.
– Боже, что ты делаешь? – выдохнул он, не отрывая от меня глаз, перехватил член рукой и начал двигать ей вверх и вниз.
– А на что это похоже? – пробормотала я, и мой язык лизнул головку. Я застонала, почувствовав во рту его мускусный вкус.
– Пожалуйста, – умоляюще протянул он хриплым от возбуждения голосом. Мое нижнее белье намокло от одной только мысли, что этот великолепный альфа-самец ужасно сильно нуждается во мне.
Мой язык скользнул по головке, и, немного подразнив, я наконец втянула ее в рот, наслаждаясь звуками, которые издавал Уолкер.
Пройдясь по длине языком, я насадилась на его член, пытаясь заглотить как можно больше.
Ощущать бусины было странно, но каким-то образом именно эта деталь делала все происходящее еще горячее.
– Да, вот так. Пожалуйста, не останавливайся.
Я активнее двигала головой, насаживаясь на его член ртом. Мне так хотелось услышать еще больше нужды в голосе Уолкера.
Я пыталась взять его полностью, несмотря на рвотный рефлекс… но не была уверена, что смогу это сделать. Он был таким чертовски большим.
Наконец найдя нужный ритм, который заставил Уолкера задыхаться, я сильнее расслабила свое горло, надеясь доставить ему больше удовольствия.
– Хватит, – прорычал он мгновение спустя и, потянув меня за волосы, заставил отстраниться.
Я запрокинула голову от удовольствия, когда почувствовала Уолкера внутри. Ребристая часть пирсинга прошлась по всем чувствительным точкам, когда член скользнул во влагалище.
– Боже, да, – пробормотал он, сжимая в ладонях мои обнаженные ягодицы при каждом толчке. Он входил с такой скоростью, будто пытался достать до самой матки.