Солнце стояло высоко, а из стереомагнитофона доносились голоса или Сары Вон, или Эллы Фицджералд.
Несколько раз он просил ее поехать с ним в деловую поездку в Лас-Вегас, но она всегда умоляла его не настаивать.
– Дорогой, ты же знаешь, я не выношу эти толпы. Я поехала туда два года назад, так меня едва не задавили у карточного стола. – Она пригладила его волосы, чувствуя, что он разочарован.
– Почему бы тебе не надеть свою бейсболку для камуфляжа?
– Дорогой, все равно не срабатывает, ты сам знаешь. И мне хотелось бы, чтобы меня узнавали, когда я выгляжу нормально, как Катерин Беннет, а не как какая-то бродяжка.
Он театрально вздохнул.
– Ладно, но не думай, что мне это нравится.
Джорджию Скеффингтон застрелили в пятницу вечером где-то около семи. Потом, когда все разошлись на выходные, Катерин, дюжина техников и режиссер вернулись на съемочную площадку, в присутствии Гейба и Лютера подписали договор о неразглашении, и сняли сцену с забинтованной Катерин на больничной койке, поправляющейся от ран. Теперь ей оставалось только ждать.
Через полтора месяца после переезда в ее дом Жан-Клод сделал ей предложение.
– Но я же только что развелась, – неуверенно возразила Катерин. – Не слишком ли мы торопимся?
– Если люди любят друг друга так, как любим мы, я считаю, они должны пожениться. Почему бы и нет? Я хочу прожить остаток моей жизни с тобой, Китти. Мне кажется, я это понял сразу, как тебя в первый раз увидел. Я тебе уже говорил, что, если бы я верил в существование души, я бы решил, что наши знают друг друга давным-давно.
Катерин промолчала, наматывая прядь волос на палец и глядя на него.
– Я в самом деле люблю тебя, Жан-Клод. Но я еще не готова взять на себя такие обязательства.
– Почему? – спросил он, крепко сжав ее руку и поглаживая палец, на котором носят обручальное кольцо. – Я хочу, чтобы ты стала мадам Жан-Клод Вальмер.
– Да, возможно, когда-нибудь, но мы так мало знаем друг друга, и к тому же нужно подумать о моей карьере.
Она старалась поменьше думать об эпизоде «Кто виноват?», который скоро должны были показывать по телевизору. Скоро ее профессиональная судьба решится. Вместо обещанных двух недель отпуска студия отправляла ее в рекламное турне по стране, во время которого она могла бы узнать, что думает публика о Джорджии Скеффингтон.
– Мне кажется, им хочется проверить, могу ли я еще общаться с разлюбезной публикой, – сказала она Бренде.