- Как ты, Ярушка? По здорову ли?
- Намного лучше. Отдохнула. Собираемся что ли?
- А то! Неча тут, как чирей на заднице… Ох!
- Нормально все. Я тоже считаю – неча, - улыбнулась я, - как остальные пленники?
- Дома откормим, подлечим. Главное – что живы. Благодаря тебе.
- Своих не бросаем.
Вместе с воином мы подошли к подводе, на которую уже уложили Беригора. Он крепко спал, могучая грудь медленно вздымалась и опадала под плащом. Не лишаю себя удовольствия вдоволь налюбоваться мужественным лицом воеводы.
- Ты его усыпил что ли? – полюбопытствовала я.
- Конечно. Иначе бы дурень в седло полез. Из упрямства ослиного. Да, Яра, вещи твои я в рюкзак собрал, он уже к седлу приторочен. Там же и меч твой.
- Спасибо, Драг. Чтобы я без тебя делала?
- Последнюю палатку свернем – и тронемся. Тебя только ждали. Я велел не будить.
- А надо было. Потом досплю.
- Ничего, время есть. А ты устала сильно.
- Главное – вот он, результат, - киваю на подводу.
Подоспел Добрыня с кружкой взвара и куском хлеба. Костры уже потушены, горячего в лагере не было. Но мой заботливый помощник припрятал краюху, чтоб меня накормить. Смотрел, как всегда, улыбчивыми глазами, но с толикой опасения, что ли?
- Добрыня, что?
- Командир, в лагере такое бают …
- Поменьше слушай. По приезду все сама расскажу. Чтоб сплетни не собирали, - я запихнула в рот последний кусок хлеба и вернула ему кружку, - все, по коням.
С короткими передышками, чтобы не загнать совершенно лошадей, мы вернулись в Миргород. Беригора, все также мирно спящего, сгрузили в его доме под присмотром вившегося коршуном Хелига. Расстарался волхв, чтобы беспокойный пациент не бузил в дороге.
На княжий двор мы заехали под приветственные крики сбежавших домочадцев. Своих орлов я отпустила сразу, пусть сдадут лошадей и идут отсыпаться. Всех вернула живыми и здоровыми – и то хорошо.