Так, из вещей, если волхв сможет что-то сделать, мне понадобятся только документы, ключи и телефон. Посеревший воевода мгновенно оделся и подошел, обхватив мое лицо ладонями:
- Прислать служанку твою? Или хочешь чего?
- Нет. Езжай быстрее, пожалуйста.
- Яра…
- Езжай. Очень тебя прошу! – нельзя срываться в истерику. Нельзя!
Мужчина осторожно поцеловал меня в лоб и стремительно вышел. Я застелила постель и, отрыла окно, чтобы выветрить запах удовольствия, витавший в воздухе. Осторожно присела в кресло и откинув голову на спинку, прикрыла глаза.
По моим ощущениям прошло много времени, прежде чем я услышала шаги на лестнице. Дверь распахнулась, первым стремительно вошел встревоженный Беригор, за ним нахмуренный волхв. Воевода подлетел ко мне, пытаясь хоть что-то прочитать по лицу. Взял меня за руку и присел на пол у моих ног.
- Яра? – подошел ко мне Драгомир.
- Дело плохо, Драг. У меня аппендицит.
Воевода перевел взгляд на резко побледневшего волхва, потом на меня.
- Объясните толком! – рявкнул не отличавшийся терпением воин.
- Это воспаление отростка кишечника. В моем мире его вырезают докторским ножом, перед этим усыпив. Здесь так не умеют. Если его не вырезать – через день-два мучительная смерть, - пояснила я.
- Что? – взревел мой медведь. Но я не смотрела на него. Я ждала вердикта от волхва, к чему мне готовиться.
"- Я попробую. Ты выдержишь дорогу к капищу?
- А у меня есть выбор? – слабо улыбнулась я.
- Тогда поехали. Гор, возьми ее на руки.
Когда мы спустились по лестнице, в дверном проеме, ведущем видимо на кухню, я заметила опасливо выглядывающую Смешку. Как же я соскучилась по девчушке!
- Смешик, - позвала я ее, - я должна уехать.
- Госпожа! А ты куда опять? – жалобно запричитала девушка, выскочив к нам, - я с тобой!
- Со мной нельзя, моя хорошая.
- Госпожа, возвращайся! - губы девочки мелко задрожали, но Беригор со мной на руках вышел из дома, и я потеряла ее из виду.
Он усадил меня впереди, обнимая так бережно, будто я была хрустальной. Под моей ладонью мелко подрагивали могучие руки, сжимавшие поводья. Я успокаивающе переплела его пальцы со своими, чтобы молчаливо поддержать своего мужчину. Понимала, что ему сейчас тяжелее, чем мне. Никто не разговаривал.