Бывают такие ситуации – чем меньше людей в деле, тем лучше…
Он свинтил пробочку с непочатой водочной бутылки – сволочь Джинн, надо отдать ему должное, «паленки» в доме не держал, – глотнул, прополоскал рот и плеснул немного на рубашку для оформления должного запаха. Вышел в тихий полутемный коридор, направился к ведущей на первый этаж лестнице.
Особнячок размещался хотя и в самом почти центре города, но на отшибе, на краю парка. Обнесенный высоким железным забором и уединенный, он идеально подходил для резиденции людей, озабоченных сугубо профессиональными вещами: защитой от наружного наблюдения, от внезапного вторжения, соблюдением должной секретности… Отличное место.
На первом этаже тоже стоял полумрак. В кресле у входной двери бдительно пошевелился часовой, но узнав, успокоился. Пройдя зигзагообразным маршрутом, Костя рванул дверь туалета, не сразу нашарил выключатель – и, умышленно не закрывая двери, справил свои малые дела, шумно натыкаясь при этом на стены и даже промахнувшись мимо унитаза.
Не погасив света, Костя, пошатываясь, направился к лестнице. Проходя мимо двери каминной, довольно широко приотворенной, услышал громкую возню и на всякий случай туда заглянул, вернее, повис на косяке, бессмысленно ухмыляясь.
Дело там близилось к развязке – основательно поддавшая блондиночка Марта, активистка и союзница, еще барахталась, бормоча что-то про любимого мужа и моральные устои, но Джинн без усилий прижал ее запястья к дивану, а его телохранители деловито стягивали с девчонки джинсы, почти полностью закончив эту нехитрую операцию, каковую на Костиных глазах и завершили, ничуть его неожиданным появлением не смутясь, а с розовыми трусиками и вовсе покончили в два счета, одним рывком превратив в две отдельные тряпочки.
– Толя? Заходи, дорогой, – как ни в чем не бывало сказал Джинн, неспешно примащиваясь поверх слабо отбивавшейся активистки. – Гостю – законная вторая очередь. Будешь?
Махнув рукой и пробормотав что-то насчет того, что он уже нажрался вдрызг, а потому в этом состоянии и не половой гигант, Костя толчком отлепился от косяка и побрел прочь. За спиной громко охнула глупенькая Марта, прерывисто застонала.